Ренита просыпается и обнаруживает, что привычного мира больше не существует.Чужой мужчина в кровати, незнакомые порядки, учеба, общественные работы. И лишь смутные воспоминания о другой жизни дают ей надежду во всем разобраться.Какие тайны скрывает цитадель цивилизации Им-Димен?Какая роль отведена именно Рените?И ее ли это имя?
Удобные брюки и повседневная блуза лучше годились для такого важного дела. Но женщины надели длинные юбки, что больше подходили для сегодняшнего праздника. В них путались ноги, и шаги получались неловкими. А сотня мелких ступеней уводила под самую крышу.
Мария раздраженно выдохнула, подобрала подол и заткнула его за пояс. Так стало намного удобнее.
– И зачем я тебя послушала? Все равно нас никто не видел, – проворчала она.
– И хорошо, если так. Он не должен догадаться, что ты помогла мне. И ей.
– Я ошиблась.
– Знаю, Мари.
– Просто сделаем его план неосуществимым, – решительно выдохнула Мария и поджала и без того тонкие губы.
Дыхание сбилось еще после первых двух пролетов. И добравшись до самого верха, женщины некоторое время медлили. Цеплялись тонкими пальцами за стены и разглядывали потертую металлическую дверь. Коррозия брала свое, и даже в основном корпусе здания оставались закутки, где детали выдавали значительный возраст постройки.
– Ключ у тебя? – Мария поковыряла пальчиком выпирающую личинку замка.
– Здесь.
Хруст до упора, поворот, щелчок – из-за приоткрывшейся створки послышались аплодисменты. Женщины по очереди протиснулись в узкую щель и тенями расползлись каждая в свою сторону.
Акустика зала доносила под купольный потолок тихие смешки и перешептывания зрителей. На сцену стекалось все больше мастеров. Но тем быстрее требовалось отключить установку! Как только закончатся поздравления – секрет будет раскрыт.
В самом центре потолка к балкам крепилась огромная спица. Она вырастала из пола далеко внизу, светилась диодными дорожками примерно до середины, а на конце раскрывалась снежинкой. Каждый лучик был надежно прикреплен к каркасу купола.
Подошвы туфель норовили соскользнуть с металлических решеток, что опоясывали зал по периметру. Но руки цеплялись за поржавевшие перила. Мария прежде не лазила так высоко, но заставляла себя смотреть только вперед, чтобы не передумать, когда добралась до узкого мостика из арматурной решетки.
Олика уже ковыряла прикипевшие гайки в центре конструкции. Мария зажмурила глаза и медленно заскользила вперед. А когда приоткрыла один, столкнулась нос к носу с напарницей. Они побоялись идти друг за другом по застарелому каркасу, но встреча в центре была неизбежна.
Мария стиснула зубы, достала из поясной сумки припасенный инструмент и принялась за дело. И если первые четыре гайки поддались довольно скоро, пятая отвалилась вместе со шпилькой и полетела вниз!
Женщины замерли и уставились на сцену. Девушка уже там! С такой высоты она казалась совсем хрупкой, напуганной. Светлые волосы шалью укрывали плечи.
Упавшая деталь осталась незамеченной, но не успела Мария повернуться к следующей гайке, как лампочки на столбе мигнули и с угасающим «Пи-и-и-и-у!» потухли. В зале воцарилась гнетущая тишина.
– Уведите девушку! – проревел до мурашек знакомый голос от ступеней, ведущих на сцену.
– Сид! – неожиданно крикнула Олика.
Мария чуть не сорвалась вниз – руки вспотели, сердце гудело в ушах, как мотор тяги в лабораторном шкафу!
– Стой тут, – прорычал Сид и метнулся к девчонке.
– Убери руки, Сид! Она сама выбрала сторону. Хватайте ее.
Олика спешно перелезла к следующему лучу и остервенело дернула гайку, пытаясь обогнать происходящее. Мария метнулась к последнему.
Обе женщины отметили, как потяжелела голова, как закололо кожу на руках, как мурашки пробрались под одежду и вгрызлись в плоть.
Но теперь зал погрузился в полнейшую темноту!
Внизу началась возня, невнятные вздохи. Мария тоже хотела кричать от непривычно ярких пятен перед глазами. Каждый вдох казался болезненным, воздух обжигал легкие. Пальцы вцепились в ненадежные перила – только бы не сорваться вниз!
Металл под ногами мелко задрожал. Скрежет, надвигающийся со всех сторон, заглушил гомон. Внизу появилось блеклое пятно света.
– Сверху! – выкрикнул кто-то.
Металл снова завыл, и гигантская конструкция ухнула вниз! Мостки тряхнуло. Посыпались куски металлоконструкций. Соединения не выдержали нагрузки и крошились, словно вчерашний батон.
– Мари! – в истерике крикнула Олика. – Дай руку!
– Оли! – Слезы смазали отчаянный вопль.
Мария хваталась за перекладины, но балка стремительно складывалась пополам. Кожа с ладоней осталась на ржавчине. Олика побежала в обход, чтобы добраться до сообщницы иначе. Зацепила юбку ногой и повалилась вперед, заставив хрустнуть очередное соединение.
– Он не сделает этого без меня! – взвыла Мария. – Слышишь, Оли? Я тут не нужна!
Но Олика не слышала – вокруг нее надсадно стенал убитый временем металл. Норовил стряхнуть ношу, кланяясь зрителям далеко внизу.
Я лежала под мягким пуховым одеялом с закрытыми глазами, все еще находясь в сладкой неге после сна. Из окна справа лился прозрачный солнечный свет. Он ощутимо щекотал нос и пригревал слегка подмерзшие щеки. Но в теплом коконе было уютно. Левый бок так и вовсе прижимался к горячему мужскому. М-м-м.
