- В этом документе есть также договор купли-продажи, - бесстрастным голосом, точно выносил приговор подсудимому, продолжал мастер-приор. - С вашего позволения, мессиры, я зачитаю текст этого прелюбопытного договора. « Сим документом я, Леар Аристье, нотарий и доверенное лицо её светлости герцогини Филиберты, законной супруги герцога королевской крови Вилембода, подтверждаю. Камеристка её светлости герцогини, Нинель Ламотт, новорождённого мальчика по имени Гийом Алан Конье, у баронессы Фигейры Карденаль, его родной матери, купила. Десять серебряных скеатов в качестве полной цены она отвесила. В том, что в будущем, когда бы то ни было, стороны не предъявят друг другу никаких претензий, обе женщины – продавец и покупатель – поклялись Священной Триадой. Печати, подписи».
В Парадном зале воцарилось тягостное молчание. Слишком невероятным, ошеломляющим оказалось то, что услышали сеньоры – подданные ареморской короны.
Ещё до того, как среди них начали раздаваться возгласы сомнения и недоверия услышанному, мастер Тарсис подал своему слуге знак рукой. Тот вышел за дверь, но сразу вернулся, сопровождая аккуратную старушку в белоснежном кружевном чепце.
- Мессиры, позвольте представить вам бывшую камеристку герцогини Филиберты, - возгласил мастер-приор, делая вошедшей приглашающий жест. - Перед вами Нинель Ламотт собственной персоной!
Старушка, с кротким, набожным лицом, семенящими шажками приблизилась к Тарсису и слегка поклонилась всему знатному собранию.
- Мадам, расскажите этим благородным сеньорам то, о чём вы поведали мне под клятвой Священной Триаде, - ласково обратился к ней мастер-приор.
И бывшая камеристка герцогини Филиберты, супруги герцога королевской крови Вилембода, заговорила.
Будучи младшим сыном короля Сиагрия, Вилембод мог рассчитывать на престол лишь в случае смерти своего брата Фредебода. А поскольку Фредебод оставался бездетным, надежды Вилембода однажды стать королём крепли год от года. Однако и самому Вилембоду был нужен наследник: в браке же с Филибертой рождались только девочки, да и те умирали в младенчестве. Филиберта понимала, что её положение в роли герцогини становится всё более шатким и что её могут отправить в монастырь, чтобы освободить место для новой супруги Вилембода. Когда герцогиня снова понесла, её молитвы Священной Троице Богов подарить ей сына звучали и днём и ночью. Смышлёная камеристка Филиберты, беспокоясь о судьбе госпожи (и своём собственном будущем во дворце), предложила ей в этот раз сделать шаг вперёд. За несколько дней до родов герцогини Нинель обошла все Дома призрения бедных девиц – в поисках женщины с новорождённым мальчиком. В одном из таких Домов удача всё же улыбнулась напористой камеристке (а также герцогине Филиберте): там она познакомилась с юной дочерью барона Эдмуна Карденаля Фигейрой. Сбежав из дома с конюхом отца, девушка попала в отчаянное положение: её возлюбленного убили, а она сама, без единого скеата в кармане и на последнем месяце беременности, была вынуждена поселиться в Призренном доме. Нинель повстречалась с Фигейрой как раз в тот день, когда незадачливая баронесса разродилась мальчиком. К огромной радости камеристки, Фигейра сразу согласилась на сделку купли-продажи: рождённый вне брака ребёнок был для неё обузой. Как оказалось позже, старания Нинель были не напрасны. Герцогиня Филиберта снова родила девочку. Нинель подкинула новорождённую под дверь женского монастыря, а колыбельку дочери герцога Вилембода занял мальчик, которому дали имя Рихемир.
Посвящённых в тайну людей было четверо: герцогиня Филиберта, её нотарий Леар Аристье, её камеристка и, собственно, мать мальчика Фигейра Карденаль. Нотарий вскоре умер; герцогиня Филиберта пережила его всего на год; камеристка покинула дворец после того, как Вилембод женился во второй раз, и поселилась на дальней окраине королевства, опасаясь за свою жизнь. Она боялась, что Фигейра однажды найдёт её и заставит унести тайну в могилу. Когда Рихемира короновали на престол Аремора, этот страх, по понятной причине, стал ещё сильнее. И тогда Нинель отправилась на исповедь к самому Великому мастеру-приору Тарсису.
Свою исповедь бывшая камеристка подтвердила копией, снятой с документа купли-продажи и заверенной печатью нотария. Такая же копия была и у Фигейры Карденаль. Оригинал же документа хранился у нотария, однако исчез из деловых бумаг сразу после его смерти. Позже выяснилось, что его украла Фигейра, и что именно этот документ по счастливой случайности Эберин нашёл в монастырском архиве. Что до копии, её Фигейра отправила Рихемиру после того, как он стал королём. Бывшая баронесса, а ныне настоятельница монастыря Обитель Разбитых Судеб желала получить свой жирный кусок от королевского пирога. Так Рихемир узнал тайну своего рождения, а, кроме того, матушка настоятельница предупредила его о том, что маршал Ормуа владеет оригиналом документа…