— Издалека я, поэтому мне все диковинным и кажется. Отец у меня стражем был, а мама рукодельница.
И даже ни слова лжи. Отец в полиции всю жизнь прослужил, чем не служивый, а с мамой и так все понятно.
— Могу конечно и вслух почитать о князе-богатыре сразившим злого великана, — заглянула я в книгу одним глазком, — но грамоте еще в пять лет была обучена дедом.
Мирослав кивнул мне на стул, а сам сел напротив меня и быстро начертил что-то на листе бумаги. Я же как завороженная наблюдала за пером.
— Сможешь повторить?
Взяла листок бумаги и посмотрела то ли на письмо, то ли на орнамент. Выглядело красиво, но вот пером пойди повтори.
Сначала я с непривычки клякс наставила. Пояснила, что пером отродясь не писала. И когда мне выдали уголек, то дело пошло быстрее. И после пятой попытки у меня вышел идентичный рисунок. Довольная собой протянула листок Мирославу.
— Я тебе книжку дам старинную. Укажу на те рисунки, что надо будет зарисовать. Потренируешься на бумаге, а затем уже этими рисунками дом распишешь. Только пока тренироваться будешь, оставляй каждый рисунок чуть незаконченным.
— Зачем? — не поняла я.
— Затем что это магические заговоры. Как орнамент на том мешочке, что ты на шнурке носила.
Рука тут же метнулась к груди, чтобы найти тот самый мешочек на удачу от ведьмы. Теперь я уже не сомневалась, настоящей ведьмы, а не мошенницы как я думала о Матрене. Но мешочка не было. А ведь он меня накануне спас. Если бы не он, то заговор русалок на меня бы подействовал. Сглотнула, осознав до конца, что могла уже сегодня плавать в местном болоте и сверкать своими прелестями.
— Я прибрал пока его вместе с вещами… на них тоже вышивка необычная. Матушка магией балуется? Или кто открыл ей тайны, как заговоры на одежду наносить?
— Мама обычная рукодельница… — покачала я головой и даже улыбнулась. Моя мама отродясь в чертовщину, как и впрочем я, никогда не верила. Она сама рассказывала, что когда подруги, что двадцать лет назад, что в настоящем бегали по гадалкам, она только крутила пальцем у виска, поучая их, что мужей надо самим удерживать, а не приворотами. — А можно мне мешочек обратно? — попросила я.
— От русалок и их заговора он может и защитил, но против меня бесполезен.
Удивленно взглянула на Мирослава. Это почему против него бесполезен? Но вместо этого вопроса задала совсем другой.
— А русалка и впрямь могла меня заговорить?
И хотя я уже знала ответ на этот вопрос, но надо же мне было выиграть время.
— Если бы ты откликнулась на зов, то утопили бы они тебя в реке. И стала бы ты им сестрой взамен убитой…
Если вернусь домой, лично навещу Матрену и скажу ей спасибо. Да и извиниться мне, наверное, не помешало бы за недоверие.
— Так-то они без причины невинных не топят, — продолжил Мирослав, — но взамен убитой сестры всегда новую находят.
Спросить или нет? Ага, вот в чем вопрос. Не удержалась и поинтересовалась:
— А почему ведьмовской мешочек против тебя бесполезен?
— Наговор ведьма всегда слабее силы темного.
Пристально посмотрела на Мирослава. Вчера волк навал его темным. И даже испугался его, поэтому и отступил.
И что дальше, спросить кто такой темный? А если ответ на этот вопрос в этом мире все знают? Даже малые дети. А тут я, о себе ничего не рассказываю, а элементарных вещей не знаю.
— Если боишься, — не так понял мое молчание Мирослав, — я отведу тебя в человеческую деревню.
— Не хочу, — поспешно мотнула головой, отметив про себя что если в этом мире были человеческие деревни, то значит были и поселения нелюди. Да и сам Мирослав к людям, если я правильно поняла, себя не относил. Хотя выглядел он стопроцентным человеком. Эльфийских ушей, демонического хвоста, торчащего под брюками, и других странностей и особенностей в его внешности я не заметила.
В конце концов мы сошлись с Мирославом на том, что я распишу ему дом, взамен чего я могла пожить у него, а он обещал позаботиться о том, чтобы я ни в чем не нуждалась.
И первым делом мне вернули мешочек-талисман и одежду. И так как я была еще слаба, это Мирослав так решил по моему внешнему виду, мне предполагалось отдыхать до вечера, пока он собирался отлучиться по делам.
Услышав, что я останусь одна в этом доме, я напряглась. Пока в этом мире я доверяла только Мирославу. Но увидев мою реакцию, он пообещал, что у него мне ничего не угрожает и ни одна нечисть не осмелится переступить порог его дома.
Причем он таким тоном давал свои обещания, что я верила каждому его слову. Хотя при слове нечисть меня и передернуло. Но после того как Мирослав успокаивающе мне улыбнулся, я и о нечисти забыла и о том, что попала в другой мир.
Сварог и Рада
Отъезд Мирослава я проворонила, так как переодевалась, чтобы не навернуться в халате, который волочился по полу. Одежда моя была вычищена и выглажена, даже белье. И я заподозрила, что в доме не только магическая печь обладала волшебными способностями.