Так как же объединить столь разношерстное общество, столь различные самодостаточные и гениальные народы? Надо осуществить контролируемое общее обнищание путем непомерного роста налогов и дороговизны коммунальных услуг, разбавить самодостаточные национальные общества худшими представителями третьего мира и придумать единую идею, понятную для всех, которую затем использовать в хвост и гриву – толерантность и терпимость ко всем проявлениям извращенной человеческой индивидуальности. Мы наблюдаем политику строительства рабского не по социальным принципам, а по экономическому укладу общества Европы. В итоге это приводит к тому, что около центрального вокзала Кельна на вас могут напасть на улице; в подъезжающем к Марселю поезде есть вероятность встретиться с тем, кто подойдет с ножом и потребует отдать ему ваш мобильный телефон; черный торговец статуэтками на Монмартре в Париже перегораживает вам путь, и его нужно с силой отпихивать от себя, чтобы пройти дальше; в Люксембурге на автомобильной стоянке около реки Мозель воруют колесные колпаки с вашей машины, а в Ницце предупреждают об опасности посещения арабских кварталов.
Надо действительно спешить побывать в Европе, в ее уютных и милых сердцу местах, которых скоро может совсем не остаться. Пока еще есть возможность переночевать в австрийских маленьких частных отелях на берегу озера или в предгорье Альп, сходить в парижский ресторанчик рядом с Люксембургским садом, провести время, прогуливаясь по реке Изар в Мюнхене. Обаяние буржуазии – меланхолично милое, и им следует тихо наслаждаться в индивидуальном порядке. Крупные бизнесмены летают на частных самолетах вокруг очень маленькой нашей планеты, живут на собственных островах, покупают дома, построенные из частей метеоритов… Зачем все это? В чем тут вкус и удовольствие? Радость – в искреннем общении с приятным тебе человеком, в качественном вине, купленном за двенадцать евро в соседнем супермаркете, свежем морском бризе, эстетическом удовольствии от картин молодых художников, выставленных на уличном вернисаже, в красивом танце и людях, его исполняющих, интересных книгах и свежей фуагра с капелькой ягодного мармелада с кислинкой на ломтике горячего французского багета.
Постоянно звонил телефон, это был уже третий звонок. Что-либо предпринимать не было совершенно никакого желания. Наконец телефон замолчал, и стало тихо. Видимо, эта вдруг наступившая тишина меня окончательно разбудила. Я подтянул к себе мобильный телефон, который показывал два часа ночи и пять пропущенных вызовов. Все звонки были от Галины.
– Ты куда пропал! Я тебе звонила уже сто раз! – она почти кричала в телефон.
– А мне показалось, что только три. Я спал после бутылки Hermitage, выпитой вчера в одиночестве. У тебя что-то случилось? – спросил я, постепенно пробуждаясь.
– Да, да, да! – продолжала она не своим голосом. – Его убили! Ты представляешь, он умер!
– Кто? – окончательно проснувшись, спросил я.
– Савинов! Я пошла в ванную комнату, а когда вышла, то увидела его мертвым! Он лежит на кровати и не дышит! Что мне делать? Это катастрофа!
– Черт возьми! Что с ним произошло?
– Его застрелили! Вся кровать в крови!
– Ты что-то слышала? Как все произошло?
– Я же тебе сказала, что ничего не слышала и не видела! Мы приехали только полчаса назад из Монако, я пошла принять ванну, а он включил телевизор, завалился на кровать, не снимая одежды, и ждал своей очереди в душ… Что мне делать? Я не могу позволить, чтобы все узнали, что я и он были вместе в этом номере. Это просто невозможно! Мой муж, его семья, вся эта огласка, полиция, газеты! Нет, нет, это просто невозможно!
– Понимаю, да, это полная задница, – сказал я, не представляя, что можно предпринять, – Так… Первое – выключи свет в номере, сядь и успокойся.
– Свет мы и не включали, как зашли в номер. Села. Что дальше?
– Ладно. Делай сейчас в точности то, что я тебе буду говорить! Телевизор работает?
– Работает.
– Отлично. У тебя есть перчатки?
– Откуда? Сейчас почти лето! Нет, конечно.
– В ванной обязательно должны быть гигиенические пакеты. Надень по пакету на каждую руку. Ты не должна оставлять больше отпечатков. Поняла? Номер на него оформлен?
– Конечно, на него… Поняла.
– Теперь все делаешь и берешься за любые предметы только в пакетах! Открой мини-бар и налей себе что-нибудь. Вино, шампанское, коньяк, водку, все, что там найдешь. Выпей несколько маленьких бутылочек, чтобы быть пьяной, но при этом понимать, что ты делаешь. Контролируй дозу! Возьми алкоголь, налей себе, и мы продолжим.
– Да, давай дальше, – сказала она через минуту.
– Что выбрала?
– Бутылочку водки я уже сейчас успела выпить. Теперь налила просекко. Какая разница, что я пью? Скажи, что мне делать дальше? Так сидеть и продолжать пить?
