Кристофер сидел, перелистывая какую-то газету, и пил красное вино из большого бокала на длинной тонкой ножке. На столе стояла наполовину пустая бутылка, на большой белой этикетке которой красовалась золотая надпись «50&50».
– Пьешь в одиночестве хорошее вино? А почему его не налили в декантр? Решил похвастаться наклейкой? Ты знаешь, что курить сигары, не снимая ленточки, это дурной тон? – ехидно сказал я.
– Вы, русские, тоже любите хороший алкоголь, но пьете его очень быстро и помногу. Так невозможно оценить всю радость процесса. Очень скоро вам становится совершенно наплевать, что пить дальше. Я же готов часами наслаждаться букетом хорошего вина, и для этого мне достаточно одного бокала. Что же касается сигар, то я не курю. Но слышал и другую версию: курить их следует, именно держась пальцами за бант, как раньше делали дамы в белых перчатках, – парировал он, не объяснив при этом, почему вино все же осталось именно в бутылке, подтвердив тем самым мою догадку.
Мы заказали еду и еще одну такую же бутылку, выпили несколько бокалов, обсудили прогноз погоды, рост налогов и усиление контроля за денежными переводами в Люксембурге, планы Кристофера на ближайший отпуск и пляжи Кадиса. Наконец я сказал:
– Завтра утром мне нужен инкассаторский броневик с водителем и двумя охранниками, чтобы они забрали нас отсюда, отвезли в банк и потом в аэропорт. Я хочу после обеда улететь. Ты можешь помочь организовать поездку?
– Сегодня уже поздно. Завтра, думаю, да. Но утром мне потребуется для этого несколько часов. Рассчитывайте, что вы сможете стартовать из отеля не раньше одиннадцати. Ты, конечно, хочешь, чтобы я сделал этот заказ от имени своей компании?
– Мой дорогой друг, ты очень догадлив. Потом ты выставишь мне счет, и я его оплачу, в том числе этот прекрасный ужин и нашу ночевку в отеле.
– Я так понимаю, что сейчас ты не хочешь ничего рассказывать мне, включая и то, что ты делал головой, превращая свою милую мордашку в тот ужас, который мы все наблюдаем в данный момент.
– Да, именно так, давай поговорим на эту тему позже, да и для тебя это будет пока что лучше. Я разберусь за несколько дней со всеми делами, прилечу к тебе, напьюсь и тогда перед тобой исповедуюсь.
– Только будь осторожнее. Если ты что-то задумал, у тебя, как всегда, все получится. Так было раньше и будет всегда. Просто чаще общайся со своим Богом и не теряй бдительности.
– Не сомневайся!
– Я пойду уже. Отдыхайте. Как только буду завтра готов, сразу сообщу.
– Договорились. Спасибо тебе за все! Я скоро прилечу, и мы поболтаем. Привет супруге!
Он расплатился и ушел.
– У тебя еще осталась наличка? – спросил я у Дмитрия, он кивнул. – Хочу заказать себе сто граммов водки. У меня сильно болит щека изнутри.
– Тебе бы надо к врачу сходить.
– Сейчас не до врача. Мне нужна мазь «Солкосерил». Она есть у меня дома, в Австрии.
– А у тебя там есть недвижимость?
– Да. Я какое-то время назад купил там один шалашик, небольшую квартиру в Вене. Я очень люблю этот город и эту страну. Вот и обосновался там. Одна знакомая подсказала, что строится мансардная квартира недалеко от центра Вены, почти прямо за мэрией. Они снесли крышу, которая была на старом доме, надстроили, что-то дополнительно укрепили, поставили лифт, потому что город их обязал это сделать, и получились две дополнительные и очень уютные квартирки. Ту, что поменьше, я и купил. Она вполне обычная, без каких-то особенностей и изысков, но есть большой балкон, выходящий во внутренний двор, и, так как это последний этаж, открывается отличный вид поверх крыш соседних домов. Квартирка мне очень нравится.
– Здорово! Мы завтра там остановимся?
– Конечно нет. Это опасно. Я еще как-нибудь потерплю без мази и посижу на водке, – я улыбнулся. – Переночуем в отеле, пока все не разрешится.
– Ладно. Что делаем завтра?
– Я думаю, пока за нами не следят. По крайней мере, это было бы непросто сделать. Крис закажет броневик и инкассаторов. Мы спокойно позавтракаем, они как раз приедут к этому времени сюда. Далее будем выдвигаться в центральный офис банка. Не знаю, как и что у нас там получится, тот ли это банк, какую они устроят нам проверку, но если все удастся, то мы доберемся до цели. Я очень надеюсь, что там не спрятаны семена пшеницы на случай апокалипсиса или чего-то в этом роде. Иначе с нашими полетами на частных самолетах и остальными расходами я пойду по миру. Однако я убежден, что там будет нечто ценное. Галина говорила это с самого начала. Вопрос в том, что, даже если содержимое действительно дорого стоит, будет ли оно ликвидным. Если там, к примеру, третье, в дополнение к уже имеющимся двум другим, полотно Моны Лизы да Винчи, то, кроме как вернуть картину шефу Галины и получить за это гонорар в виде пули в лоб, делать нам будет особо нечего.
– Хорошо. А как ты думаешь, что реально лежит в ячейке?
– Галя сказала, что там находится доступ к счету с большими деньгами. Значит, данный счет открыт в том же банке, что и сама ячейка. Так что, вероятно, мы сразу сможем это проверить.
– А дальше что ты хочешь делать со всем этим богатством? Забрать себе?
