Броневик проехал по высокому пандусу и остановился около центрального входа. Открылась боковая дверь. Из микроавтобуса вышли два высоких инкассатора, одетые в серо-черную униформу. Вслед за ними наружу шагнули я и Дмитрий. Перед нами раскрылись автоматические двери, мы вошли в здание банка и оказались в огромном светлом фойе. Стены помещения были стеклянными. Посреди холла стояли белые колонны, между которыми была расставлена мягкая мебель светло-бежевого цвета. На дальней стене на тонких металлических тросах висели несколько огромных полотен с абстрактной живописью. Площадь каждой картины составляла не меньше шести квадратных метров. Справа вдали виднелся очень длинный стол ресепшена из светлого лакированного дерева, за которым сидели три женщины разного возраста, в одинаковых фиолетовых пиджаках и белых блузках. Справа от стола был вход во внутренние помещения банка.
Я попросил охранников остаться в фойе и, как только мы выйдем, не задерживаясь ни на секунду и ни на кого не обращая внимания, сопроводить нас в машину и незамедлительно выехать в аэропорт. Броневик проехал несколько метров вперед и, освободив проход в банк, остановился.
Я подошел к ресепшену. Секретарь, которая сидела справа и была самой старшей по возрасту, удивленно посмотрела на меня и произнесла:
– Bonjour.
– Добрый день! – сказал я. – Вы говорите по-английски?
– Да, конечно, – ответила она. – Чем мы можем вам помочь?
– Я ваш клиент, – стараясь говорить максимально спокойно и уверенно, продолжил я. – У меня ячейка в вашем банке. Я хотел бы пройти в депозитарий.
– Конечно. Можно попросить ваши документы?
– Пожалуйста, – сказал я, протягивая свой паспорт. Дмитрий в это время молча стоял рядом.
– Прошу прощения, но я не нахожу вас среди наших клиентов, – сказала женщина через несколько минут работы с компьютером.
– Несомненно, вы не можете найти меня в системе. Ячейка арендована на предъявителя.
Лицо женщины напряглось. Услышав мою последнюю фразу, молоденькая секретарь, сидевшая рядом, обернулась в нашу сторону.
– Я поняла. Великодушно прошу прощения, – не выпускная мой паспорт из рук, сказала она. – Прошу минутку подождать. – Она указала рукой на два дивана, которые стояли углом в непосредственной близости от входа внутрь служебных помещений.
Мы отошли, и Дмитрий возбужденно сказал:
– Кажется, мы попали по адресу. Вообще-то странное заведение. Не банк, а музей какой-то. Будто мы в Центральном доме художника на Крымской набережной в Москве. Где тут вообще кассы, места обслуживания клиентов и все прочее?
– Это центральный офис. У банка есть много обычных отделений. Здесь же работают только с крупными юридическими лицами, а также с частниками, которые обслуживаются в управлении Private banking. Все клиенты сопровождаются в отдельные переговорные комнаты внутри здания. Сейчас выйдет длинноногая секретарь и проведет нас на этаж, на котором находятся исключительно только помещения для встреч с клиентами.
Едва я закончил фразу, как к нам подошла женщина с ресепшена, с которой я только что разговаривал, с учтивым видом протянула мой паспорт и попросила следовать за ней.
Через несколько метров мы повернули направо и прошли в небольшой холл с лифтами. Там нас ждала невысокая черноволосая девушка в круглых очках и темно-сером брючном костюме. Полы приталенного короткого пиджака нависали над ее огромными бедрами. Она вежливо поздоровалась, вызвала лифт и, предложив нам войти, пропустила вперед.
Дмитрий, улыбаясь, посмотрел на меня. Я улыбнулся в ответ, пожал плечами и сказал по-русски:
– Зато гномы мастерски делают оружие для богов, как я тебе вчера рассказывал.
Мы вышли из лифта. Помещение было без окон, но хорошо освещалось большим количеством встроенных в потолок ламп, излучающих яркий теплый свет. Все стены от пола до потолка были отделаны желто-коричневыми лакированными блестящими панелями из дерева, на полу лежал серый палас с большим ворсом. Девушка обогнала нас и, пройдя по коридору, открыла огромную дверь, которая, по сути, представляла собой такую же деревянную панель, только висящую на петлях и имеющую ручку. Таких дверей на этаже было не менее двадцати. Мы вошли в просторную комнату с большим овальным столом в цвет стен. На нем стоял монитор, лежала клавиатура, а вокруг были расставлены восемь кресел из коричневой кожи. Огромное окно выходило на какой-то парк.
Нам предложили на выбор воду, чай или кофе и, получив заказ, оставили одних. В комнате было пугающе тихо.
– Уютно у них тут, – сказал Дмитрий.
– Ну, условия для обслуживания сильных мира сего должны соответствовать их статусу. Сейчас, видимо, придет менеджер, который будет сопровождать нас. Я уйду в депозитарий, а ты не забудь очень внимательно подготовить и распечатать все необходимые договоры, – напомнил я парню.
В дверь постучали. В комнату вошел молодой человек в костюме и галстуке. Поздоровавшись по-французски, он поставил на стол заказанную мной бутылку минеральной воды с газом, пустой хрустальный фужер, чашку с черным кофе для Дмитрия и молча вышел, плотно закрыв за собой дверь.
