Она шагала под тихонькие "царапки" (странно: этот кто-то засыпал и засыпал, но никак не мог уснуть окончательно, канал не пропадал) и думала о том, что эта её новая, такая неудобная способность (да что там "неудобная"! до нестерпимого доходит) - всё равно способность. Ещё одна грань. Никто этого не слышит. Слышит только она. Меньше чем за пару часов она так или иначе приноровилась этим всем управлять. Двигать это - приближать, удалять, ослаблять. усиливать... Практически сразу она научилась "переводить": этот звук - тревога, а тот - страх... Ей сразу стало ясно, что это не просто шумы, а сигналы. Антон вот сказал - "радио". Но ведь радио - для кого-то. А если и это "радио" - не просто так, а... для кого? для неё?
О чём и зачем, например, говорит ей это "царап-царап"?..
Удивительно, но она только теперь задумалась, как же "перевести" этот звук. Со всеми другими было как-то сразу ясно, а этот... Этот она выбрала только за "половинную" громкость, а вот что же он передаёт... Обиду? Нет. Досаду? Нет, но что-то похожее. Какой-то дискомфорт... Лёгкий, но непроходящий. Он, получается, даже уснуть не даёт... Нет, всё равно неясно. Какая-то это непереводимая эмоция. И как будто меньше всех других. Как будто другие - в полный рост, а эта - низкоросленькая, младшая...
Ксюша вслушивалась и вслушивалась в этот странный "царапающий канал". Вслушивалась - и вглядывалась. "Царапки" - как белёсые ниточки пучками. Шерсть?
Ксюша чуть не споткнулась. Прямо на дороге лежала небольшая грязно-белая собачка. Её припорошил, замаскировал снежок. Ксюша даже засомневалась - живая или...? Но слава богу. Когда Ксюша "эйкнула", та повела ушами. Собака жива-здорова, и это замечательно. Плохо другое: царапанье у Ксюши в голове усилилось.
Собака встала и отряхнулась. И Ксюша увидела, что не так уж она и здорова. По крайней мере, не на все сто. У неё нет носа! Не всего, а только самого кончика...
Передней лапой она попыталась то ли почесать, то ли потереть морду...
Царапанье, Ксюше показалось, достигло максимума.
Собака опустила свой "безносый нос" в снежную гущу и начала возить им из стороны в сторону... Ксюшин "царапающий канал" буквально зашкалил!
Ксюша накрыла уши ладошками (чисто рефлекторное движение, на звук оно, разумеется, никак не повлияло) и запричитала:
- Блин, блин, блин...
Несколько секунд она вот так, бессмысленно, "блинкала", а потом просто легла на какую-то перекошенную скамейку, свернувшись калачиком, лицом прямо в снег.
