Ура, получилось. А ведь мог и подзатыльник заработать. Не заработал. "Смелым везёт", как говорил папа. Ну, и ещё он добавлял: "...а в широком смысле - деятельным". Вот и Лёня решил быть деятельным, не дожидаться, когда голову кто-то другой обнаружит. Самому пригодится. Кто его знает, а может, она и ещё что-нибудь умеет? В прошлое перекидывать (тогда - в цирк), желания исполнять (тогда - в цирк!)...
- Мама, ну идём уже. Яшка щас из коляски высунется, а тут - ветер!
5.
Ксюша сидела у новой соседки, прямо на полу - так ей удобнее было гладить соседкину странную чёрную собачку. Собачка как-то безвольно распласталась на пузе, лапы у неё разъехались, хвост ещё ни разу не двинулся, а главное - она была в памперсе...
- А что сказали в лечебнице? Что у неё с лапами? - громко спросила Ксюша (соседка была глуховата, вот и весь секрет её "необщительности").
- В лечебнице?.. Я думаю, это от старости! - Соседка тоже говорила громко.
- Лапы не ходят, потому что старые? - удивилась Ксюша.
- Муся, сколько тебе лет?.. Хоть бы тявкнула. Пятнадцать!
- А она вообще лает когда-нибудь?
- Раньше лаяла, теперь нет. И не выгуляешь её, вот, приходится подгузники одевать! - И соседка вздохнула. - Хочешь чаю? Хочешь посмотреть мои работы? - оживилась она.
Ксюша кивнула. Не скажешь же "не хочу", даже если и не думала ничего смотреть. Думала она совсем о другом, о других. О Лёне, о Яшке. С ними всё будет хорошо, с ними всё уже хорошо, теперь-то ей это действительно увиделось - что-то вроде силуэтов, Лёниного и Яшкиного, и эти силуэты были хорошими, тёплыми. И всё-таки всё это было каким-то... зыбким. Как будто касалось только этой Яшкиной пропажи, а не вообще... Вообще же всё было непросто. За силуэтами дрожали, поблёскивали какие-то паутинки, обрывки паутинок, они сливались, образовывая сплошной серый фон, этот фон темнел, светлел, опять темнел... Какая это была картинка? Красивая? Тревожная? Она была разная. А, может быть, и не разная вовсе, а только красивая, и это не паутинки, а тоненькие серебряные ниточки, и фон не серый, а серебристый, просто Ксюше - в её не очень хорошем настроении - всё видится мрачнее, хуже, чем есть...
