– Конечно права, – ухмыльнулась Джози, прокручивая руль влево, – тебе просто нереально повезло, что я решила тебе помочь. Ты в долгу у меня. – Она улыбнулась, и Энни улыбнулась в ответ.
– Расслабься, Энджи…
– Энни.
– Слушай, может, тебе поменять имя? – нахмурилась Джози. – Я все никак не запомню. Энни… вроде легкое на слух, но меня постоянно тянет сказать Энджи. Твое волнение естественно, – снова улыбнулась Джози, показав зубы, – но ты будешь испытывать нереальное наслаждение, когда откусишь кусочек мести, поверь мне.
– Ты уже так делала?
– Что?
– Мстила вот так, через других?
– Не-а, – тихо сказала Джози, – я сама могу за себя постоять. Но хотела. Однако планы поменялись, так что… расскажу как-нибудь в другой раз об этом, окей? Нам уже надо идти.
Джози оставила «Форд» на парковке и, отдав Энни чемодан, уверенно пошагала к мини-отелю, таща свою черную дорожную сумку, которая была вдвое больше чемодана Энни, и спортивный рюкзак. Это был каменный двухэтажный дом с синей крышей, обросший зеленым плющом. На балконе она увидела живые цветы в глиняных горшках, на окнах висели плотные серые шторы. По обеим сторонам мощеной дорожки, близко расположенные друг к другу, светили небольшие садовые фонари на солнечной батарее. За ними были высажены цветы и аккуратно постриженные кустарники. Раньше, как сказала Джози, отель был самым обычным жилым домом, пока муж хозяйки не погиб, оставив на ее попечении троих сыновей. И, чтобы справиться с финансовыми трудностями, женщина решила изредка заселять в дом проезжающих. Давать им ночлег, горячий ужин и завтрак. А когда дети подросли, они отремонтировали дом и сделали неплохую рекламу отелю.
– Ей просто нужно постоянно о ком-то заботиться, – сказала Джози, нажимая на кнопку звонка красной двери. Из окна высунулся мужчина лет сорока и, кивнув Джози, отпер дверь.
– Здравствуйте! – негромко сказал он, осматривая девушек.
– Здравствуйте! Мы бронировали комнаты. Шоупен и Ноанс, – протараторила Джози.
– Сейчас гляну. – Он снова запер дверь, видимо, ушел проверять бронь, и только потом пригласил девушек внутрь. В небольшом зале в углу стоял столик, к которому и направился мужчина, в центре комнаты лежал круглый ковер с кисточками, по правую и левую сторону были закрыты деревянные двери. Тускло горел свет, но на столе стояли две большие настольные лампы.
– Ужин вы уже пропустили, так что… – начал мужчина, перекладывая бумаги.
– Подождем завтрака, – тут же отреагировала Джози.
– Отлично. – Мужчина снова взглянул на девушек, словно старался запомнить каждую деталь их внешности, затем протянул два ключа. – Мисс Шоупен, комната шестая, мисс Ноанс, комната седьмая, оставьте тут свои подписи, – он протянул лист бумаги, – завтрак в семь, не опаздывайте. И вот, возьмите, – он дал каждой девушке по небольшому золотому конверту, – правила отеля. За несоблюдение мы вынуждены будем попросить вас уехать. Я провожу.
Это был длинный коридор с девятью комнатами, одна из которых предназначалась для уборной, совмещенной с душем. Когда девушки открыли свои комнаты, мужчина пожелал им доброй ночи и удалился. Спальни были небольшими и совершенно одинаковыми. Односпальная кровать, застеленная белым чистым бельем, комод с четырьмя ящиками, напольная вешалка, зеркало, стул и окно. Этого было вполне достаточно, чтобы жить комфортно. Энни улыбнулась, увидев, что в ее спальне наклеены голубые обои с маленькими цветочками. Голубой цвет ей нравился, он успокаивал, а спокойствие – именно то, что нужно было ей в тот момент. Джози закрылась в своей спальне сразу же, как только мужчина пожелал им доброй ночи. Она лишь сказала Энни, чтобы та была готова к завтраку, потому что после него им нужно идти.
