Мили с детской радостью принялась расспрашивать Энни про свидание. Было ли у них что-то, нравится ли он ей и что она вообще планирует с этим делать. Энни неохотно отвечала, но потом, когда Мили удовлетворилась и сказала, чтобы в субботу та пригласила Тони в бар с ними, немного повеселела. Это было хорошей идеей. Навязываться Энни не хотела, но для себя решила: если Тони за это время не проявит себя, то она напишет ему, что будет в баре и, если он хочет, то пусть приходит. А дальше зависит от того, что он выберет. После этого Энни стало легче, и она с головой ушла в работу.
Виланда задерживалась и сказала, что придет только к шести, поэтому целый день Энни проработала в одиночестве. И только собиралась закрывать кабинет, как услышала быстрые шаги в коридоре. Дверь с силой распахнулась, и волосы Энни чуть подлетели вверх от порыва ветра.
– Так, а ты кто? – недовольно спросила женщина, разглядывая каждый дюйм тела Энни. Из-за ее плеча выглянула хостес.
– Я же вам сказала, что мисс Робертс пока еще не приходила, но уже скоро должна быть. А это ее помощница, – настойчиво сказала она женщине.
– Позвоните ей, скажите, что пришла миссис Нуккири. Она знает меня. Я подожду здесь.
– Нет, мисс, тут ждать не положено. Побудьте внизу, в зале ожидания, а мы сообщим мисс Робертс о вашем визите. Энни, сделаешь?
Энни кивнула, разглядывая обезумевшую кудрявую блондинку лет тридцати пяти. Та недовольно цокнула и, сказав повелительным тоном сделать ей крепкий кофе, ушла за хостес. Энни написала Виланде, как и просили. Звонить ей было нельзя, она запретила. Только писать. И принялась за уборку.
Вечером Тони не пришел на ужин, и тогда у Энни пропал аппетит. Она съела лишь небольшой кусочек жареной рыбы и кукурузу, а затем отправилась спать. То же самое повторилось в пятницу. Тони так и не было видно. Либо он спал в номере, и так случилось, что они с Энни ни разу не пересеклись, либо его попросту не было в отеле. Тогда девушка сделала то, что и обещала себе. Она написала: «Завтра в десять вечера я буду в баре «Ноев ковчег». Если хочешь, приходи». А после выключила телефон.
Когда девушки зашли в бар, Энни тут же начала нервно искать глазами Тони. Однако его не было, и тогда ее настроение мгновенно упало. Энни даже неохотно выпила коктейль, стараясь держать вид, чтобы девушки не стали расспрашивать, почему она сегодня совсем невеселая, и была безумно благодарна Мили за то, что та ни разу не вспомнила про Тони.
К полуночи освободился один столик в углу, и Энни сказала, что передохнет там, а после снова вернется на танцпол. Она включила телефон: ноль сообщений и ноль звонков. Снова выключила.
– Привет, – послышался знакомый голос, и Энни повернулась. Перед ней стоял Тони с таким же высоким, как и он, парнем. – Ждала?
Он сел к Энни, а парень – напротив, разглядывая танцующих.
– Это Чарли, мой друг. А это та самая Энни, про которую я тебе говорил. – Он повернулся к девушке, и она почувствовала легкий запах алкоголя. – Я рассказывал про тебя ему.
Чарли равнодушно кивнул. Он существенно отличался от Тони: взъерошенные черные волосы, большие темные глаза, острые скулы и помятая футболка с изображением неизвестной Энни рок-группы. Чарли был чуть шире и явно пропускал занятия в спортзале, в отличие от своего друга, однако тоже был неплохо сложен. Тони сегодня был без костюма. Обычные синие джинсы и черная прилегающая к телу водолазка, которая безумно ему шла.
– Познакомишь его со своими подружками? – улыбнулся Тони, проследив за взглядом Чарли. Тот исподлобья взглянул на него, но ничего не ответил. И Энни поняла, что Чарли был не рад тому, что ему пришлось (это было видно по его недовольному взгляду и частым тяжелым вздохам) идти вместе с Тони в бар ради нее. И уже, будучи знакомым с ней заочно, недружелюбно к ней относился.
– Да. Сейчас я позову их. – Энни чуть привстала, ощущая на себе пристальный взгляд Чарли. – А, они сами сюда идут.
– Привет, Тони. Мы уж думали, что ты не придешь, – весело сказала Мили и присела рядом. Джулия и Карен уселись на диванчик с Чарли.
– Знакомьтесь, это Чарли, мой хороший друг. Я не знал, что вас здесь много, поэтому взял только одного, извиняюсь. – Тони поправил волосы. – Он младше меня на три года, ему двадцать пять, работает частным детективом, поэтому предупреждаю сразу: будьте осторожнее. – Парень рассмеялся, увидев смущение Чарли, а девушки переглянулись между собой.
– Я надеюсь, ты не сказала ему о клубе? – прошипела Мили, когда вместе с Энни ушла в уборную почти сразу же после этих слов. Энни отрицательно замотала головой.
– Конечно нет. Я же подписывала все документы…
– Кем бы он ни был тебе – мужем, отцом, братом… мужчинам вообще строго запрещено знать об этом! Сама знаешь, к чему это может привести.
– Знаю-знаю, – протянула Энни, разглядывая себя в зеркале, – я могила, правда. Никому не собиралась рассказывать, – заученным тоном проговорила девушка.
