– Вы что, принимаете меня за дурачка, командан Моран? Или вы совсем потеряли голову?.. В мисс Ли течет китайская кровь, и поскольку она пыталась похитить кольцо, то совершила акт предательства нашей расы. Однако она внучка бывшего Великого Главы нашего, братства, и только нынешний Великий Глава может решить ее судьбу. Через несколько дней ее отправят в Гонконг и там будут судить… Что касается вас, то тут еще проще. Вы должны умереть, и вовсе не потому, что обманывали меня с кольцом или потому, что помогли, хотя и вопреки своей воле, узнать о предательстве мисс Ли. Нет… Может быть, я должен напомнить вам, что несколько дней тому назад, на борту «Diamond Cross», вы подняли руку на Джона Мо? А я сказал, что вы пожалеете об этом. Случай опять привел вас ко мне. Видит небо, я не прощаю тех, кто меня ударил…
– Оставьте небо в покое, – оборвал его Боб. – Вы никогда туда не попадете. Да, я ударил вас и нисколько не жалею. Нужно было только бить сильнее, так, чтобы глаза вылезли на лоб…
Мо набычился и замотал головой, словно отгоняя надоедливую муху.
– Ваши слова ничего не меняют, командан Моран. Вы ударили меня и поэтому должны умереть. Никто безнаказанно не может оскорбить шефа Клуба длинных ножей…
– А тем более господина Мо, – иронически добавил Моран. – Какая напыщенность, и совершенно никчемная… Ну, допустим, я скоро умру. Как вы меня убьете? Задушите вашим толстым пузом? В таком случае остерегайтесь, чтобы оно не лопнуло… Нет, наверняка вы придумаете что-нибудь пооригинальнее… Например, скормить мой язык кошке…
– Никто вас не будет убивать, командан Моран. Вы убьете себя сами…
Боб засмеялся, хотя его смех прозвучал несколько фальшиво.
– Я сам себя убью?.. Ну и ну!.. И как же я это сделаю?.. Сразу скажу, что я презираю самоубийство, так как считаю, что нужно бороться до конца. К тому же я не из тех, кто срывается.
– Я оставляю вам три дня для того, чтобы вы покончили с собой сами, командан Моран, – объяснил негодяй.– Затем вы будете подвергнуты медленным пыткам, которые продлятся неделю, и вы почувствуете все муки, которые вам даже трудно представить. Мало– помалу вы потеряете человеческий облик и будете умолять, чтобы вас убили… Представьте знаменитого командана Морана, ползающего и умоляющего, как последний трус, разве это не самое большое наслаждение? А?..
Впрочем, китаец и не ждал никакого ответа. Боб должен был признать, что воображение Мо переходит всякие границы. Он, конечно, не собирался кончать жизнь самоубийством, но хватит ли у него сил вытерпеть изощренные пытки, которые ему обещал этот подонок? Кто знает, к чему может толкнуть дикая боль?
А Джон Мо между тем продолжал:
– Предупреждаю заранее, что у вас нет ни одного шанса сбежать. Вы здесь в секретном убежище, о котором не знает никто, кроме меня, моей охраны и некоторых влиятельных членов клуба. Это убежище имеет множество выходов, но они прочно закрыты..– Вы можете стонать, кричать, звать на помощь, но вас никто не услышит…
– И когда же начнется мое самоубийство?
– Прямо сейчас… Вас отведут в комнату, где вы будете находиться три дня и три ночи… Но прежде можете попрощаться с мисс Ли… Вы больше не увидите ее ни живой; ни мертвой…
Боб повернулся к Сандре, которая так и продолжала сидеть в кресле. Он подмигнул ей.
– Мы, конечно, встретимся в раю, девочка. Впрочем, еще посмотрим, скоро ли…
Мисс Ли хотела подняться и подойти к Бобу, но Ву силой заставил ее сидеть. Однако он не мог заставить ее молчать.
– Ещё не все потеряно, Боб, – убежденно сказала она.– Еще не всё потеряно. Вы выпутаетесь… Пока человек жив, он должен…
– Должен надеяться? – усмехнулся Моран.– Конечно, конечно… Но вот сколько еще осталось жить?.. Я, как говорится, уже одной ногой в могиле…
Девушка опять хотела встать, но человек– гора удержал ее. Тогда она закричала:
– Не говорите так, не говорите!.. Я не хочу, чтобы вы умерли из-за меня…
Бобу хотелось сказать Сандре, что он и не собирается умирать, а напротив, будет бороть– с я до конца. Но, может быть, не дать понять их палачу, что ты не сломлен?
– Уведите пленницу!– приказал Мо.
Двое подхватили девушку и понесли ее.
Прежде чем ее вынесли за дверь, она бросила на Морана последний взгляд, в котором сквозила тяжелая безысходность.
Новая команда, и с Морана сняли путы. Боб медленно поднялся, потирая запястья.
– Полагаю, господин Мо, что это освобождение не является вашим благодеянием…
Тот кивнул.
– Вам не нужны веревки. Разве можно совершить самоубийство со связанными руками?
– Я в любом случае мог бы разбить голову о стену…
– Ну, это только оглушило бы вас… Вы изберете смерть менее героическую,.. Один совет: когда попадете в камеру, не пытайтесь бежать. Вас тут же водворят на место, к тому же я сказал уже, что из этого подземного убежища невозможно выйти, если не знаешь соответствующего слова «сезам».
Боб и не собирался пробовать бежать, по крайней мере в данный момент, ибо он вполне разделял мнение Сандры – пока живешь – надейся…
«Темница», в которую привели Боба, напоминала скорее салон, чем камеру.
