Ватанабе вздрогнула и протестующе вскинула руку.
— Рёта, нет! Ты обещал!
— Прости, Май, — покачал головой Сато. — Но цена молчания стала слишком высокой.
Ицуки встал и отступил в сторону, позволяя Сато занять центральное место. Это было эффективней — в данной ситуации Сато имел наибольший моральный авторитет перед обеими девушками.
— Хана, — начал Сато, глядя прямо на Такахаши, — Май не бросала кендо из-за страха или из-за тебя. У неё серьезная травма, которую она получила во время нашей тренировки. Когда ты ушла, она потеряла сознание, её увезли в больницу.
Такахаши медленно сняла шлем, её лицо побледнело.
— Что ты говоришь?
— У неё была эпидуральная гематома, — продолжил Сато. — Врачи запретили ей заниматься любыми видами боевых искусств. Даже сейчас, после длительной реабилитации, один сильный удар по голове может вернуть её в то состояние… или хуже.
Такахаши перевела взгляд на Ватанабе, которая стояла, опустив голову.
— Это правда? — спросила она, и её голос звучал неожиданно тихо. — Почему ты мне не сказала?
Ватанабе тоже сняла шлем, и Ицуки заметил, что её глаза блестели от слёз.
— Я не хотела, чтобы ты винила себя, — ответила она. — Это был несчастный случай. И… я не хотела твоей жалости.
Откладывая свой бокен, значительно потрепанный от удара о кастрюлю, Такахаши медленно подошла к Ватанабе.
— Дура, — сказала она, но в её голосе не было злости. — Все это время я думала… я думала, что ты избегаешь меня, потому что…
— Потому что ты думала, что между мной и Рётой что-то есть? — тихо закончила Ватанабе. — Я знаю. Но это никогда не было правдой.
Сато переводил взгляд с одной на другую, явно не зная, что делать дальше. Впрочем, его вмешательство уже и не требовалось — лед начал таять сам.
Ицуки, потирая голову в том месте, где кастрюля мало помогла смягчить удар, медленно отошел к Мори, Амано и Томоэ, которые наблюдали за происходящим с выражением удивления и облегчения на лицах.
— Принцип «обратить вред в пользу», — пробормотал он. — Всё, что произошло, включая этот дурацкий удар по голове, оказалось полезным в итоге.
— Ты знал, что так будет? — шепотом спросила Амано, подходя ближе и осторожно касаясь его руки.
Ицуки хотел было ответить «конечно», но вместо этого покачал головой.
— Не полностью. Я рассчитывал на вмешательство, но не знал, как именно всё разрешится. Я просто… действовал наиболее эффективным в данных обстоятельствах способом.
Мори хмыкнул, но в его взгляде читалось что-то похожее на уважение.
— А женская форма для кендо? — поинтересовался он. — Это тоже было «наиболее эффективным способом»?
Ицуки слегка покраснел.
— Я рассчитывал на запасной план, если бы мы не успели до начала поединка. Хотел притвориться Ватанабе-сан и объяснить ситуацию Такахаши-сан наедине. Принцип асимметрии — использовать неожиданный фактор.
Амано с трудом сдержала смешок, представив Ицуки в женской форме, пытающегося имитировать голос Ватанабе.
— Хорошо, что до этого не дошло, — заметила она, окидывая взглядом всю эту сцену. — Не уверена, что твой план был бы эффективнее кастрюли.
Ицуки с непроницаемым лицом аккуратно поставил помятую кастрюлю на пол.
— В руководстве по ТРИЗ нет однозначного ответа на этот вопрос, — ответил он серьезно, но в уголках его глаз мелькнуло что-то, похожее на улыбку. — Полагаю, этот эксперимент мы проведем в другой раз.
Шизука, появившаяся в проеме, окинула взглядом разбитое окно, двух обнимающихся девушек в кендо-форме, Сато с облегченным выражением лица, и своих подопечных, стоящих рядом с помятыми кастрюлями и сломанными бокенами. Она только устало покачала головой.
— Ицуки-кун, — она взглянула на него с лукавой улыбкой, — может, объяснишь, откуда у тебя взялся женский вариант формы для кендо?
И впервые на памяти всех присутствующих, Ицуки Кодо, «мистер эффективность» собственной персоной, не нашелся с точным ответом.
Шизука еще раз оглядела лежащий перед ней листок, перевела взгляд на стоящего перед ней парня, привычно отметила его все ту же мешковатую форму. Девчонки (да и парни) из клуба кройки шитья и косплея после разрешения конфликта были готовы ему старую форму перешить или новую из материалов получше сделать, но Ицуки решительно отказался. Форма на нем была всё та же. Ну да, никто не ушел обиженным — девушки о чем-то между собой посоветовались и обмеряли Амано-сан.
— Это что такое, Ицуки Кодо-сан? — Все-таки не удержалась она от тривиального вопроса, о чем тут же пожалела, так как ее собеседник дал такой же тривиальный ответ.
— Это заявление, Шизука Даро-сенпай.
