Илья не понимал, чего на самом деле хочет эта женщина. Оттого действовал вслепую и ошибался. В глубине души Илья был половым шовинистом и не допускал мысли о том, что не разбирается в женщинах, что они не одинаковы и не хотят одного и того же. Поэтому в Юлиных действиях он усмотрел направленное против него изощренное коварство с целью выманить из него как можно больше денег, а еще лучше – женить его на себе. Ответной тактикой он решил выбрать обещание развода и прочих золотых гор. В общем, ничего оригинального.
Он пришел домой, умылся, надел халат и тапочки, сел на диван перед телевизором и положил руку на плечо сидевшей рядом жены.
– Как прошел день? – спросила она.
– Плодотворно, – ответил Илья.
– Голоден?
– Да.
Наташа отправилась на кухню разогревать ужин.
Юля между тем перемолола щуку и лук, добавила яйцо и скатала шарики. Потом пожарила их на сковородке и попробовала. Собственные котлеты показались ей гораздо менее вкусными, чем котлеты Павла. Она сидела, смотрела на них и ждала, когда благословенная мысль придет ей в голову.
Но мысль не приходила.
У Юли пропал аппетит. Она подумала, что моральную и эмоциональную усталость лучше всего выгонять физическим изнеможением, а она уже успела отдохнуть от дневных пеших прогулок, поэтому ей надо пробежаться, подышать кислородом перед сном, километра три-четыре.
Она обула старые кроссовки и вышла. Накрапывал мелкий дождик.
«Ничего, – подумала Юля, – авось ливня не будет».
До дальней границы парка было ровно два километра, туда и обратно получалось четыре. Такой маршрут Юля себе и наметила. Она согнула руки и медленно побежала: четыре шага на вдох, четыре на выдох. Примерно через десять минут она достигла дальней границы молодого, недавно посаженного парка, и ее с головой накрыл проливной дождь. Юля решила сократить обратный путь и ломанула напрямик по траве, мимо каменной беседки. В беседке кто-то шуршал газетами и плакал детским голосом. Юля остановилась, прислушалась, зашла в беседку. В беседке на полу на старых газетах пыталась притулиться миниатюрная азиатская девушка.
– Тебя как зовут? – спросила Юля.
Девушка вздрогнула и уставилась на Юлю.
– Ты что здесь делаешь?
Девушка схватила Юлю за ноги и затараторила что-то умоляющее. Юля не могла понять ни слова.
– Давай помедленнее, – попросила Юля.
На дикой смеси русского и английского девушка кое-как объяснила, что она массажистка из Таиланда, что русские туристы вывезли ее оттуда нелегально на грузовике через Китай. Здесь, в Питере, они все напились, она нашла свой документ в кармане одного из них, вышла на улицу и теперь не знала, куда идти. Она просила забрать ее с собой, потому что боялась холода, собак, крыс, подростков, скинхедов, милиционеров – всех вокруг. Она очень устала, потому что за последние пару дней сделала этим русским туристам двадцать три минета.
– Покажи документы.
Девушка протянула Юле небольшую ламинированную карточку с фотографией и иероглифами.
Юля долго стояла и думала, что делать.
– Ты здорова?
– Здорова, здорова.
«Как же», – подумала Юля. И попыталась освободиться от оплетавших ее ноги рук. Но девица вцепилась в нее с недетской силой и продолжала лепетать что-то все жалобнее и жалобнее.
Юля чувствовала дикую усталость.
– А массаж умеешь делать?
Азиатка закивала, отпустила Юлины ноги и стала загибать пальцы, перечисляя виды массажа, которыми владела. У Юли не осталось сил сопротивляться.
– Ладно, пойдем со мной.
«Все равно украсть у меня нечего, – подумала она. – Убить меня – тоже корысти никакой».
– Так как тебя зовут? – еще раз спросила Юля.
– Карма, – ответила девушка.
Придя в Юлину квартиру, Карма вымыла руки и кинулась наводить порядок, взглядом спрашивая у Юли, правильно ли она делает.
Раздался телефонный звонок. Это был Юлин пациент Денис. Он давно разыскивал Юлю, потому что давно хотел колбасы. Но без Юли есть ее не мог.
– Вы не позволите мне забежать на минутку? – попросил Денис. – Вы ведь больше не работаете в клубе.
Юле не хотелось видеть в доме посторонних, их и так развелось с избытком. Но за Дениса она чувствовала ответственность, поэтому разрешила зайти.
– Только колбасы у меня нет.
– Да что вы, я сам куплю.
Денис принес не только колбасу, но еще и цветы, и вино, и конфеты.
– Я как-то не сообразил, что вы не едите конфет и не пьете, – он растерянно похлопал ресницами, когда Юля с удивлением приняла его подарки.
– Ничего, – сказала Юля, – у нас есть кое-кто, кому это пригодится.
Она смотрела на Дениса и не узнавала его. Он прочно запечатлелся в ее памяти как любитель жирной колбас ы с переваливающимся через ремень животом, занятия с ним она проводила практически на автомате.
