А потом и Глеб вышел, облокотился на дверь и принялся молча смотреть на него. Дядя Сережа еще больше занервничал, спросил "а ты точно уже взрослый?", на что Глеб не ответил, взрослые люди на глупые вопросы не отвечают, и милиционер после неловкой паузы дал ему в подарок шоколадку. Но когда дядя Сережа лез в карман, кошелек выпал и куча монеток рассыпалась. Дядя Сережа начал их подбирать, и тут Глеб исподлобья:
— Упал один рубль семнадцать к-копеек.
И какими монетами, тоже сказал.
У дяди Сережи, когда он поднял деньги и понял, что Глеб оказался прав, механический глаз сам собою заморгал.
— Да, я вижу, мальчик может оставаться один, — быстро сообщил дядя Сережа и еще быстрее ушел вниз, решив лифта не дожидаться.
А через два дня вернулся, принес в подарок конфеты и консервы почти заграничные, с Балтики.
4
Есть у Глеба от мамы тайна. Заключается она в том, что когда мама ночью на работе, Глеб в приступе лунатизма иногда выходит на улицу.
По его рассказам, ненадолго. Погуляет спящий около дома и возвращается, а утром почти ничего не помнит.
Мама о лунатизме сына не подозревает. Когда она дома, болезнь не случается.
Переживает Глеб кошмарно. Боится не куда-нибудь залезть и сломать шею, а того, что мама узнает. Тогда она бросит вторую работу, и значит, денег на врачей, которые не в нашей поликлинике, будет не хватать. А мама только надеждой на излечение Глеба и живет, хотя сам Глеб в его возможность почти не верит.
1
Тут Артем опять прервал мои воспоминания. Что-то часто последнее время он так делает.
— Художники!
И правда, они. Шагают куда-то.
Мы спрятались за угол и начали следить.
Художники свернули с тротуара и подошли к дереву, чтоб их стало меньше видно. Почти спрятались.
Интересно. Неужели грабить кого собрались? Но тут в поле зрения появился немолодой нетрезвый мужичок. Ежесекундно оглядываясь, он передал им сетку-авоську с чем-то вроде обернутой в газету трехлитровой банки. Мы почесали затылки, улучшили таким образом мозговое кровообращение и все поняли.
В сетке действительно лежала трехлитровая банка, причем с пивом.
Недалеко от нас расположилась пивная — одна на район. Ларек и столики, за которыми стоят разнопричинно неработающие граждане и пьют. Некоторые столики — под навесом, некоторые — на открытом солнцу и дождю воздухе.
Самое грязное место во всех окрестностях. Такое впечатление, что во время уборки сюда наоборот грязь приносят. Лужи около столиков никогда не высыхают, даже если солнце жарит, как в пустыне, и в двух шагах от пивной земля потрескалась.
Пиво художникам не продадут, поэтому они сунули кому-то денег и попросили купить. Имеются еще в СССР несознательные граждане, которым безразлично, что кой-какие школьники употребляют алкоголь.
Обнял Мэлс сетку, чтобы никто не догадался о ее содержимом, и художники осторожно отправились куда-то мимо пивной. Мы — вслед за ними. Зачем — сами не знаем. Держась в отдалении и надеясь, что они не оглянутся.
В пивном ларьке работала продавщица тетя Нина. Она похожа на тетю Аню из мороженого ларька, но характеры у них разные. Противный у тети Нины характер. И на физиономии он у нее нарисован, можно даже не подходить, его издалека видно, как крокодила на песчаном пляже.
Стояла небольшая очередь, давали мужики тете Нине в окошко пустые банки и получали назад банки с пивом, хотя табличка за стеклом гласила — "пива нет". Тетя Нина повесила. Как это, спрашивается, пива нет, а она его наливает? Так вот, на ларьке могут быть две таблички — "пива нет" и "ПИВА НЕТ". Маленькая и большая. Когда висит маленькая — "пива нет", то оно есть, плати и пей, а если большая — "ПИВА НЕТ" — его действительно нет. Совсем нет! Люди эту систему выучили, не реагируют на тетининино "русским языком написано, что пива нет" или "протри глаза и прочитай", толпятся у окошка и ждут счастливого мгновения, когда оно откроется и заработает.
Я не просто так говорил про гадкий характер тети Нины. Наверное, он такой из-за пива. Не знаю, пьет она его или нет, но пары в организм с воздухом неизбежно попадают и хорошего от них не жди.
Отец у меня непьющий, но недавно к нему приезжал школьный товарищ (они сто лет не виделись), и привез с собой объемную банку пива и несколько сушенно-каменных рыб-таранок для закуски. Отец с ним и пивом закрылся на кухне, просидели они весь вечер, потом школьнотоварищ собрался уходить, папа — его провожать, пошли они нетрезво на улицу, а я любопытно — на кухню. В банке пиво еще оставалось, и я тайком плеснул себе чуть-чуть в чашку, попробовать, что это такое и каков его смыл.
Мерзость невероятная! Горькая, и язык обжигает. Смысла нет, уверен на сто процентов. Зачем люди пьют? Какой-то древний ритуал, въевшийся в подсознание с пещерных времен, избавиться от которого не выходит никак. Других логичных объяснений у меня нет.
…Проходя по тротуару мимо пивной, мы заметили ее постоянного клиента — дядю Леню. Заулыбались, потому что он опять рассказывал кому-то свою историю. Кому-то пришлому, не встречался раньше этот гражданин, местных мы знаем наперечет.
