– Ольга! – вдруг вскрикнула подруга, заставив меня вздрогнуть. – Кто это тебе принес такие оригинальные герберы? Я не знала, что они могут быть даже зеленого цвета... Какая красота!
– Да, необычный цвет, – подтвердила я. – Это мне вчера Васик принес. – У него снова проблемы, и он просил, чтобы я помогла им с Ниной.
– Я, кажется, знаю, о чем речь, – сказала Даша. – Но я не уверена, что это по твоему профилю...
– Я тоже не уверена, но я не могла сказать ему, что не попробую им помочь, тем более он снова про заклятье стал говорить... Ладно, по-моему, пора приступать к расшифровке числовой записки.
– Конечно! Мы теряем драгоценное время. Вчера ты говорила мне, что это срочно, что многим людям угрожает опасность. Да и Петр вчера как-то странно себя вел, когда вернулся из прокуратуры, явно мне что-то недоговаривал и просил, чтобы я уговорила тебя забыть о Кирилловой.
– А что же ты сразу не сказала, Даша? Если он тебя просил об этом, значит, дело серьезное, не будем больше терять ни минуты. Сегодня воскресенье, и я думаю, что никакие медицинские процедуры нам не помешают, тем более я уже практически здорова и скорее всего завтра меня уже выпишут...
Я не стала говорить вслух то, что пришло мне в голову в следующую секунду. А подумала я о грустном, о том, что будет, если я больше не увижу Голявина. Я не могла утверждать, что значу для него также много, как и он для меня. Прошло только полдня, как мы не виделись, а тоска уже заполнила мое сердце.
– Ольга, ты какая-то странная, я тебя даже не узнаю... Ты хорошо себя чувствуешь?
– Вполне, – ответила я, возвращаясь к реальности, а она была такова, что больше медлить с активизацией последних четырех чисел антикода было нельзя.
Вдруг из моего подсознания всплыл портрет женщины, приславшей записку. Сначала я решила, что она будет передавать новую информацию, но это был просто портрет, напоминающий о моей миссии. Я стала испытывать угрызения совести от того, что мои личные переживания затмили более важные проблемы.
«Как я могла упустить столько времени! – ругала я себя. – Я же этой ночью снова собиралась выйти в астрал и напрочь забыла об этом. Почему я должна верить этой женщине, о которой я практически ничего не знаю? Та небольшая информация, которой я все-таки располагала, должна была меня насторожить. А вдруг это вовсе не антикод, активизировав который, я спасу жизни многих людей, а самый, что ни на есть код, способный уничтожить...» Вот, на этом месте мои размышления зашли в тупик, тем более Даша снова заговорила о том, что ей не нравится мое душевное состояние.
– В конце концов, Ольга, что с тобой происходит? Ты какая-то рассеянная. Может, я о чем-то не знаю?
– Рассеянная? – переспросила я. – Да, это так. Мне надо сконцентрироваться, прежде, чем я применю нумерологию на практике.
– А разве мы не должны спешить? – удивилась Даша.
– Думаю, что нет... не знаю, может быть... нет, я ничего не знаю! Даша, я сейчас «сбегаю в астрал», а ты меня покарауль, ладно?
– Нет, подруга, что-то ты мне не нравишься. Ты говоришь «сбегаю в астрал» таким тоном, будто речь идет о том, чтобы заглянуть в соседнюю палату. И как ты себе представляешь, чтобы я тебя караулила? Зайдет врач, а я должна буду ему сказать: «Подождите за дверью, она сейчас в астрале, как вернется, я вас позову», – так что ли?
– Да, Даша, я сказала глупость. Путешествовать по астралу сейчас рискованно. Но я не знаю, как иначе можно получить информацию. Понимаешь, я столкнулась с системой, которая предусмотрительно закрыта от чужого «третьего глаза». Над тем, чтобы ее засекретить, работали профессионалы. Только в астрале мне удалось найти открытую информацию, но ее так много, что я с ней сразу не справилась... Понимаешь, мне внезапно в голову пришла мысль, а вдруг меня переиграли?
– Не говори так, мне становится страшно. Может быть, не зря Костюков сказал, чтобы ты не лезла в это дело?
Дверь в палату открылась, и я увидела совершенно незнакомого врача. Он хотел было войти в палату, но почему-то передумал, только пристально посмотрел на меня, на Дашу и вышел. Меня это насторожило. Я знала, что сегодня дежурила Наталья Евгеньевна, а этого человека в белом халате я никогда в больнице не видела. Впрочем, я редко покидала эту палату и поэтому вполне могла не встречать его раньше. Но зачем тогда он заходил? – спрашивала я себя. – Возможно, перепутал номер палаты или искал кого-то? То, что он имеет отношение к моему расследованию – маловероятно. Хотя, возможно...
– Ольга, не знаю, о чем думаешь ты, а я начинаю подсчитывать число твоего имени, только не знаю, надо ли принимать во внимание отчество. Здесь о нем ничего не говорится, с другой стороны, литература это переводная, а за границей, нигде, кроме как у славян, отчество не используется. По-моему, все-таки надо считать и его.
Дашины рассуждения заинтересовали меня и я стала напряженно ждать, какой конечный результат получится от сложения чисел, соответствующих каждой букве, встречающихся в моем полном имени, и приведения его к единичному числу.
