Утром Дейра в последний раз принесла мне завтрак, потом пришел доктор Стирр. Осмотрел и сделал прививку, уколов в плечо чем-то вроде наших шприц-тюбиков.
— Желаю удачи, Вера.
— Спасибо! — я дотронулась до его руки принятым здесь жестом благодарности. — И вам.
Любопытно, но прощание в языке Варды не подразумевало новой встречи в будущем, только пожелание удачи или, реже, благополучия.
Интересно, придет ли Джейк проводить меня?
Не успела додумать мысль до конца, дверь открылась, и я разглядела его за мощной фигурой Дейры. Она проверила, все ли я забрала, сунула в руку очередную наргу, завернутую в бумажную салфетку, и довела до решетки. Там тоже пожелала на прощание удачи, а дальше мы пошли с Джейком вдвоем.
— Ну вот, Вера, — он открыл все тем же трехгранным ключом замок на двери лифта. — Нажимаешь на верхнюю кнопку и едешь в общежитие. Мишель уже ждет. Скоро увидимся, — и добавил, помолчав: — И пойдем в город… если не передумаешь.
— Это… будет свидание? — я все-таки решилась на провокацию.
— Как захочешь, — вывернулся Джейк.
Знала б я, чего хочу!
Вместо ответа просто поцеловала его в щеку. Реакцию отслеживать умышленно не стала, резко развернулась и зашла в лифт. Клацнула дверь, мягко подалась под пальцем большая круглая кнопка. Поехали…
Ждавший в холле Мишель оказался вполне так медведем. Здоровенный, как местные жители, под метр девяносто, косая сажень в плечах. За сорок, но из тех мужчин, которых возраст не портит. Кареглазый брюнет с припорошенными сединой висками и голливудскими чертами лица. Ярко выраженный мачо. В нем чувствовалась харизма, да и в целом он был достаточно привлекательным.
— Morning*!
И голос такой же — сексуальный, с хрипотцой и бархатным сабвуфером, резонирующим в животе.
Беспокойство Джейка было бы вполне обоснованным, если б не одно но.
Мне не понравился взгляд Мишеля — цепкий, раздевающий, откровенно оценивающий. И уверенный в том, что отказа не будет.
Да? Правда?
Ну уж нет, извините. Если б мы оказались вдвоем на необитаемом острое или последними мужчиной и женщиной на планете, я бы еще подумала. Может быть, даже и не очень долго. Но точно не вот так.
Блок против подобного траханья глазами я научилась ставить еще за стойкой «Малинки». И хотя уже три года занималась совсем другим, скилл никуда не делся.
— Доброе утро, — ответила я, расфокусированно глядя Мишелю на переносицу. — Меня зовут Вера.
Возможно, он был удивлен, не встретив мгновенного отклика, но виду не подал.
— Прошу, Вера, — последовал приглашающий жест в сторону длинного коридора. — Сейчас я покажу вам комнату и познакомлю с соседкой, а потом мы побеседуем.
*Morning (англ.) — (здесь) доброе утро
— С соседкой? — переспросила я, когда мы пошли по коридору. — Джейк говорил, что в комнатах по три человека.
— Да, — кивнул Мишель, — обычно мы стараемся, чтобы в каждой комнате было по двое из одного мира, но не всегда получается. Почему-то от нас в последнее время затягивает больше мужчин. Две женщины из вашей комнаты покинули центр в прошлом месяце.
— Они сдали экзамен?
— Одна да, вторая нет. Ваша соседка спокойная и приятная, но у нее есть два недостатка, о которых я должен вас предупредить. Во-первых, она храпит, девушки на нее жаловались. А во-вторых, у нее есть хвост.
— Хвост? — Мишель говорил по-английски с сильным акцентом, и мне показалось, что поняла его неправильно.
— Да, маленький хвостик. В ее мире это нормально. К тому же он под одеждой.
— Ну я бы не сказала, что это недостаток. Кстати, как тут обстоит с одеждой? — я обратила внимание на то, что он был одет в такую же свободную длинную рубашку, как и остальные, но поверх узких белых брюк. — В моей вообще можно ходить?
— Можно, но если не хотите, чтобы на вас пялились на улице, лучше купить местную, когда получите пособие. Я могу вам показать недорогие магазины.
Ага, конечно, и ты тоже. Ну уж нет, подожду Джейка. Тем более в ближайшие десять дней выход мне все равно не грозит.
— Спасибо, — ответила я неопределенно, ни да ни нет.
— Соседку вашу зовут Зунно. Боюсь, сначала будет непросто, пока не начнете хоть немного говорить на языке Варды.
— Уже немного могу, — ответила я на этом самом языке. — И немного понимаю.
Лоб Мишеля собрался в шарпейские складки. Хотя бы уже только ради этого обалделого выражения стоило мучиться двадцать дней.
— Это вас Джейк учил? — вот тут ревность уже плеснула через край, причем не столько мужская, сколько профессиональная.
Да, мальчики, похоже, скучно с вами не будет.
— А что там было делать? — я пожала плечами. — Читала пособие, пыталась разговаривать с ним, а еще с охранницей и с доктором.
— Ну… хорошо, — он справился с собой на удивление быстро. — Значит, вам будет легче. Сегодня освоитесь, а завтра жду на занятия. Разговорный практикум у нас по два часа в день, общий для всех. Плюс час индивидуальных занятий раз в три дня.
— Странная система, — хмыкнула я.
