– Нет, – мягко возразил Ларивьер, выпуская новые клубы дыма. – Проклятие, как известно, имеет власть над темными лишь в нескольких мирах – в магических городах и на Земле. Но миров-то – миллиарды. Поэтому я обратился к Верховному Ковену с предложением открыть все порталы разом. Земля стала бы перекрестком. И когда грань между мирами разрушилась бы, проклятие бы исчезло. Даже у Антуанетты не хватило бы сил поддерживать его во всех мирах сразу.
– И тогда Антуанетте ничего не оставалось бы, кроме как отменить чары, ведь иначе она бы умерла, растратив все свои магические силы разом, – задумчиво проговорила Деметра. – Черт, а ведь это умно. Это действительно умно! Но тогда вы бы фактически уничтожили Землю…
– Нам пришлось бы принести такую жертву, – кивнул магистр. – Ради спокойной и безопасной жизни тысяч темных магов, ведьм и колдунов.
– А разве не проще было убить Антуанетту?
– Убить ту, которая находилась под защитой Тринадцати Первых? – усмехнулся Винсент. – Добраться до устройства и активировать его было куда легче.
– Что ответил вам Ковен? – спросила Деми.
– Он отказал мне, – хохотнул мужчина, словно до сих пор не веря в произошедшее. – Члены Ковена решили, что мой план выходит за рамки дозволенного. Более того, они наложили чары, скрывающие и блокирующие портал в Эйрин для всех, включая меня. От идеи снять проклятие пришлось на время отказаться.
– Получается, вы ждали около ста лет, пока все члены Ковена не поменялись…
– Благодаря зельям я старел очень медленно, – кивнул Ларивьер. – Зато я мог все детально продумать. Оказалось, гораздо разумнее было убить новичков, которые не могли рассказать всем о том, что я – главный подозреваемый. Но моему плану помешало одно маленькое обстоятельство.
– Неужели я? – усомнилась Деметра.
– Почти. Твоя мать.
– Алана Бланшар… – протянула Деми и вздохнула. Все ниточки ее судьбы пешки тянулись от биологической матери, которую она так и не успела найти и увидеть.
– Да, – в свою очередь вздохнул Винсент Ларивьер. – Когда Алана появилась в Эмайне под фальшивой личиной темной маркизы, в нее влюбились все. Она была так же очаровательна, как и хитроумна. Я желал ее, несмотря на то, что уже жил в то время с матерью Коула. И узнав о моем интересе, Алана ушла ко мне от Сэмюэля Вэлфорда, бросив свою новорожденную дочь. Мы наплевали на всех… Мы были счастливы…
– До тех пор, пока вы не узнали, что на самом деле она светлая чародейка, – предположила Деметра.
– И пока я не догадался, что ее любовь была ложью, – кивнул магистр. – Алана смогла предугадать мои действия и сбежала раньше, чем я смог ее убить. Прихватила с собой моего фамильяра и несколько весьма могущественных артефактов. Один из них, наиболее ценный – это амулет, принадлежащей самой богине Деметре. Она подарила амулет тебе, как и имя его первой владелицы.
– Алана ушла от вас беременной, – сокрушенно сказала Деми. – Вы – мой отец?
– К сожалению, да, – произнес Ларивьер. – Но здесь ты не из-за этого.
– А из-за чего?! – крикнула Деми. Злость, обида и разочарование смешались в ее голосе.
– Амулет богини Деметры содержит в себе концентрированную светлую магию в первозданном виде. Ирония заключается в том, что запустить устройство, открывающее порталы, может только чистая светлая и темная магия одновременно. В первый раз это сделали верховные боги – Абатис и Монтера. Алана Бланшар даже не подозревала о том, какую важную вещь она похитила…
– Но вы все равно притащили меня сюда! – выкрикнула Деметра. – Коул мог бы просто забрать мой амулет на утесе, у него была такая возможность!
– Коул… был единственным, кого я посвятил в свой план. И только он согласился мне помогать во благо всех темных, – тихо сказал Ларивьер. – Я приказал привести тебя сюда, поскольку от тебя стало слишком много проблем. Алана тоже должна заплатить за то, что устроила.
– Ей наплевать, – с горечью выпалила Деметра. – Она бросила меня!
– Здесь ты не права, Деметра, – сказал Ларивьер. – Алана всегда присматривала за тобой издалека. Она приказала двум фамильярам, своей ведьме Хелене и моему колдуну Колину, опекать тебя до конца жизни и, очевидно, из года в год продолжала их контролировать. До сих пор не могу понять, как она умудрилась разорвать контракт между мной и Колином… К счастью, это уже неважно. Мой сын от них избавился.
– Мои опекуны – фамильяры? – выдохнула Деми и принялась дергать руками, стараясь ослабить путы. Ей хотелось зажать уши, чтобы больше не слышать ни единого слова магистра.
Но он уже завершил свой рассказ, вытряхнул из трубки пепел и убрал ее обратно во внутренний карман. Призраки внесли в беседку Коула и положили его на пол у противоположной колонны. Его рана светилась мягким красным светом, а кровотечение прекратилось. Он был еще жив.
– Почему они помогают вам?! – крикнула Деметра в спину магистру. Она надеялась отсрочить смерть еще хотя бы на миг. – Неужели они хотят, чтобы Землю уничтожили?
