– В сарай не можно. Меня тамо пржияцель дожидается.
– Кто такой? Поляк?
– Ние. Жид.
– Жид?! А ну покажь того жида. Я с ним живо разберусь!
– Но пан командир обещал жидов не трогать. То есть добры жид.
– А я чем хуже твоего жида? Я тоже добрый хлопец. Останешься довольна! – Заржал Жеребко.
С Жеребко поравнялся замполит Гвоздёв.
– Комдив, не время бабу мять. Возьмем Премышль, тогда возьмешь и девку.
На лице комдива взыграли злые желваки.
– Ночью жди меня! – Приказал он польке. – А жида гони!
Огрел коня кнутом и пустился вскачь.
– Да поможи Бог мне! – Взмолилась Стефа.
И Бог, действительно, помог ей. Через несколько минут вражья пуля комдиву раздробила череп. Случилось это на центральной площади, где стоял костёл. Жеребко не успел и слова молвить, как из седла замертво вывалился наземь.
***
Мертвого комдива на красном знамени бережно внесли в костел. Ксендз отказался отпевать красного бойца. Отпевали его красноармейцы. Говорили, каким героем был Жеребко, о его вдове, которая еще не знает, что она уже вдова, об Урагане, оставшемся без комдива сиротой, о том, что отныне он объявлен сыном кавалерийского полка.
Смерть героя решено было отметить троекратным оружейным залпом. Но политрук Гвоздёв приказал отставить поминальный залп: патроны пригодятся в будущих боях за революцию!
Жеребко схоронили за околицей Премышля. Закопали тайно без единого опознавательного знака – без холмика, звезды или креста. На случай, если враг захочет осквернить могилу.
***
Как-то ночью Менахем тайком пробрался в Перемышль и велел Стефании срочно собираться в путь.
– Куда? Для чЕго? – Растерялась Стефа.
– Из Перемышля ты должна бежать. Красные, как и обещали, жидов не тронут, а вот тебя, полячку, обязательно найдут, сначала изнасилуют, а потом убьют.
– Матка Боска! – Прошептала Стефа. – Где же мне залечь?
– Заберу тебя в Малую Заблудовку.
– Не хОчу! – Закричала Стефа. – В местечке шляхтичку конежне же прикончат.
– Я скажу, что ты еврейка, и тебя не только не прикончат, а полюбят, как свою. Я скажу, что выменял тебя на ярмарке за две коровы. Только, как и полагается еврейкам, колени, локти и ключицы прикрой кошерным скромным платьем. Голову повяжи платком. Лучше в местечке быть еврейкой, чем в Перемышле – полькой и бояться красных бандюгов.
Так Стефания Ковальская перебралась в Малую Заблудовку и назвалась еврейкой. Чтобы не вызвать ненужных подозрений, сменила фамилию и имя на Софочку Ковальчик. Менахем, как давно о том мечтал, захотел на ней жениться. Стефа, конечно, согласилась.
Вы скажете – несчастный случай, когда полька вышла замуж за еврея? А вот и нет! Это был
2016 г.
Человек живет для удовольствия, чтобы спать с женщиной, есть в
жаркий день мороженое.
Так, первый муж Блудилиной, Зиновий Борисович, узнает от свекра Бориса Тимофеича, что жена его Катерина Львовна состоит в любовных отношениях с Сергеем, соседом по лестничной площадке. Катерина Львовна за болтливость травит свёкра крысиным ядом, объяснив бригаде «Скорой», что старик давно страдал изжогами, и крысиный яд принял за пищевую соду.
После свёкра Блудилина принимается за мужа. Зиновия Борисовича, супруга своего, еврея, она не любила со дня помолвки, но согласие на брак дала (чего не сделаешь по дурости?!). Как-никак, на тот момент он был председателем Райпотребсоюза.
Как-то перед сном Зиновий Борисович вышел на балкон вытряхнуть простынку. Катерина Львовна возьми, да и столкни его через перила. Тот свалился вниз и, естественно, разбился. Приехала милиция. Катерина Львовна, в черной траурной косынке, омытая горючими слезами, объяснила милиционерам, что у престарелого супруга закружилась голова, и, потерявши равновесие, он вместе с простыней упал на землю.
Милиция в протоколе записала: «Несчастный случай по вине упавшего с балкона».
