В следующее мгновение Ник осознал, что Малек даже с его чудаковатыми глазами был поразительно красив, как и большинство видящих. Почему-то из-за всей странности Малека Ник никогда и не замечал этого. У мужчины-провидца были такие же потрясающие скулы, такие же идеальные губы и угловатые черты лица, которые от рождения свойственны его виду.
Раздражение Ника усилилось.
Он продолжал осматриваться по сторонам, даже когда посылал ей это.
Она шла.
Они определённо шли пешком.
Когда Уинтер отбросила с плеча свои длинные волосы, Ник мельком увидел справа Центральный парк.
Они куда-то шли.
С чего бы, бл*дь, им идти пешком?
В это место нельзя было доехать, из-за чего лимузину пришлось высадить их за несколько кварталов до нужной точки? Или они сделали это из целей безопасности?
И во что, чёрт возьми, вырядился Малек? Зачем они все так оделись?
Подумав об этом, Ник увидел, как взгляд Уинтер опустился вниз.
Светло-голубая ткань льнула к её ногам и талии, облегая рёбра и груди и расступаясь в адски глубоком декольте. Ник почувствовал, как его тело резко отреагировало, и ощутил прилив нервозности от самой Уинтер, когда она окинула взглядом свой наряд.
Уинтер, похоже, в любом случае почувствовала, что он смотрит через неё.
Её глаза не дрогнули.
Ник увидел всё это лишь мельком, но его вампирское зрение запечатлело каждую деталь, каждую тень и отсвет, пока он впитывал увиденное. Бриллиантовое мерцание ткани распаляло его инстинкты хищника, пока он смотрел на её белые туфли на высоких каблуках с ремешками, украшенные бледно-голубыми кристаллами. Потом его внимание привлёк браслет, обвившийся вокруг её руки и большого пальца.
Даже её ногти были накрашены.
И теперь он мог чувствовать её.
Он ощущал ветерок на её ногах, на верхней части груди, обнажённой платьем, на шее и горле, и её распущенные, как и у Мэла, волосы слегка развевались.
Иисусе. Неудивительно, что Малек пялился на неё.
Когда они всё это сделали?
Неужели он так долго торчал в этих трубах?
Должно быть, после Башни Феникса они куда-то заехали переодеться. Они не могли организовать всё это на заднем сиденье чёртова лимузина.
Мысль о том, что его обнажённая девушка терлась о Малека (тоже голого и переодевающегося в тот вычурный ретро-костюм), снова заставила Ника заскрежетать зубами.
Уинтер, похоже, почувствовала как минимум часть его мыслей.
Он ощутил, как она разозлилась из-за его ревности.
Он ощутил её негодование из-за его лицемерия.
Однако в основном он чувствовал её попытки вытолкнуть его, убрать из её «света» и головы, отрезать ему обзор.
Но теперь, когда Ник пробился, его тяжелее было вышвырнуть.
Однако она
Она продолжала смотреть себе под ноги, сосредоточившись на тротуаре и туфлях на высоком каблуке, которые Ник невольно считал адски сексуальными. Он чувствовал её усилия, попытки применить разные способы выбить его и лишить обзора.
Затем она внезапно подняла глаза, сделав это рефлекторно, чтобы оценить расстояние. Это был очередной беглый взгляд, но он дал Нику в разы больше информации.
Они теперь находились ближе к тому серому каменному зданию.
И не одни они направлялись туда.
Ник видел много других мужчин и женщин, поднимавшихся по лестнице впереди Малека и Уинтер. Должно быть, освещение изменилось, или только что прибыла большая группа гостей. В чём бы ни заключалась разница, толпа людей образовала медленно движущуюся реку и направлялась к дверям на вершине этих серых ступеней.
Ник посмотрел на всех них, уловив ещё больше информации, когда Уинтер в третий раз подняла глаза. Их тут должно быть больше сотни.
Некоторые пришли одни, другие парами, но в основном все шли более крупными группами, общались, двигались туда же, куда и толпа. Все мужчины и женщины носили вечерние наряды из ХХ века: ретро-платья, плащи, брючные костюмы, шляпы, некоторые несли при себе трости и прямоугольные сумочки.
Большинство мужчин, которых видел Ник, были одеты в смокинги, килты или дорогие дизайнерские костюмы. Они носили солнцезащитные очки, хотя уже опустилась ночь, а также наверняка супер-дорогие и мощные гарнитуры.
Все они выглядели до безобразия богатыми.
Что ещё более важно, они все походили на друзей губернатора.
Ник наблюдал, как они поднимаются по каменным ступеням, и его вампирские клыки заскрежетали друг о друга.
Он знал, где она находится.
Она в чёртовом Музее Естественной Истории.
Вот что в представлении Гэвина Кингсворта значит «разобраться» с проблемой.
Он перенёс место проведения мероприятия на несколько сотен метров. На другую сторону Центрального Парка.
***
— Музей Естественной Истории, — сказал Ник вслух, и его слова эхом отразились в каменном туннеле. — Они перенесли банкет в Музей Естественной Истории, и вы там. Проклятье, Уинтер. Ты там, бл*дь. На месте. Ты идёшь на чёртов банкет…
