Через пару секунд его рука нащупала холодную и острую сталь. Мико вытянул свой меч за клинок. С его ладоней заструилась кровь.
– И оно того стоило? Твое весло? – уколола девушка, затем достала из дорожной сумы кусок холщовой ткани, разорвала пополам и принялась перевязывать руки Мико.
– Этот меч – наследие моего рода. Он очень дорог для меня. – Уголок рта Мико дернулся болью, когда девушка стянула узел на его руке.
– Всего лишь кусок стали, а бросился за ним, словно за своей женой, – произнесла девушка.
– Ты уже дважды спасла мою жизнь, а я даже не знаю твоего имени, – тихо произнес Мико, всматриваясь в глаза девушки цвета дубового желудя.
Девушка попыталась улыбнуться, но ее шрам стянул рот в уродливой гримасе.
– Твои долги в Белой пустыне начинают скапливаться, чужестранец, и этот факт начинает меня беспокоить, – выдала девушка, затем закончила со второй рукой Мико и ушла к своему каравану, чтобы проверить норихов.
Мико тупил взглядом в песок. Знакомые слова отозвались в его голове прохладой Северного леса и запахом еловых иголок, но ноющая боль от ран забила его память до краев.
Норихи сидели на брюхах, беззаботно перебирая челюстями. Темнокожая девушка добралась до самого конца цепочки и закричала.
– Нет, нет, нет! Только не это! Черт! Черт!
Один из зверей, самый последний, бездыханно лежал на песке с рассеченным брюхом. Мухи уже облизывались на его влажных внутренностях.
– Что случилось? – подбежал на крик Мико, но тут же получил ответ в виде заколотого нориха.
Девушка упала на колени и согнулась в спине, прикрывая лицо ладонью.
– Ну, по крайне мере, у тебя появилось шесть лишних мулов, – произнес Мико, оглядываясь на копытных зверей убитых всадников.
– Один норих стоит больше пяти десятков таких мулов, – расстроено произнесла девушка, но слез в ее словах не было.
– Что я скажу отцу? Покупатель заказывал ровно десять голов. – Девушка со злостью ударила кулаком в песок, оставив в земле ровную белую ямку.
– Хочешь, я сам поговорю с этим покупателем? Объясню, что на нас напали, – пытался подбодрить Мико. – Люди в торговле обычно понимающие. Я думаю, что смогу его убедить.
Девушка резко подскочила на ноги и ткнула черным пальцем в мощную грудь Мико.
– Ты ничего не знаешь о наших землях, чужак. Ты не знаешь наших людей. Ты не знаешь меня. Это вообще тебя не касается. – Девушка гневно двинулась по песку к своему мулу.
– Когда дойдем до оазиса – наши дороги разойдутся, чужак, – сказала она, залезая на мула, затем бросила через плечо. – Можешь забрать этих мулов себе. За них тебе отсыпят немного валюты. Купишь себе второе весло и уплывешь обратно в свои леса.
Девушка опустила свою ветвь на песок и двинула мула. Норихи поднялись на ноги и пошли следом по линиям. Мико собрал всех шестерых мулов и связал их в колонну. Вперед выставил самого крепкого с виду зверя, оседлал его и натянул поводья, давая ему команду идти вперед.
Раскаленное белое солнце насыщало пески пустыни жаром. Мико подумал, раз они выдвинулись в дорогу днем, то, вероятно, до ее оазиса оставалось совсем немного. Или нет? Что он вообще знает о пустынях? Дети звезд, Голодные пески, бессмертные богини…
«Что это за место???»
«Сильная, как медведь» – говорила себе Зерта, шагая по твердым каменистым склонам, угрожающе удерживая в руках облегченный молот.
Она очнулась несколько часов назад, лежа на холодном граните среди древесных обломков ладьи. Река полностью обратилась в серый камень. Поверхность ее стала гладкая и твердая. Девочка оказалась среди мрачных высоких скал, что брали в кольцо глухую местность, такую же голую и холодную, как и сами скалы.
«Вынесло на обратную сторону Могильных гор» – подумала Зерта и решительно двинулась к склонам в поисках прохода.
Пологие склоны по пути становились все круче. Ноги Зерта сгибала под острым углом, чтобы сохранить равновесие. Враждебный ветер спускался с острых вершин гор и закручивался в небольшие вихри, что набрасывались на девочку, пытаясь сбить ее с ног. Теплая меховая куртка, сшитая из бурого меха, что носил ее покойный отец, уверенно защищала ее пухлое тело от ветра, а тяжелый молот в крепких руках надежно прижимал Зерту к земле.
Она пробиралась вдоль склонов, но не встретила ни зияющих проемов, ни расщелин, ни пещер. Зерта присела под огромным камнем и уткнулась к нему спиной, чтобы перевести дух и хотя бы ненадолго избавиться от раздирающего свиста ветра в ушах.
Небо над каменистой долиной было под стать цвету этим камням и окружающим горам: тусклое, серое, как шкура полевой мыши. Но взгляд Зерты привлекла пульсирующая красная точка в небе, что направлялась к земле, оставляя за собой кровавый шлейф. Небесное тело с каждой минутой увеличивалось в размерах, приближаясь к долине. Серое небо постепенно начало затягиваться алой пеленой.
