Мечислав не лгал своему фамилиару. Даниэль действительно был другом вампира. И плевать на то, что между вампирами не бывает дружбы. И привязан-ности тоже не бывает. Только чистая выгода. Ха! Да Мечислав с удовольствием отдал бы весь доход Князя Города за десять лет вперед, чтобы воскресить этого чертова художни-ка!
Гениального художника.
К сожалению, насколько гениальны были картины Даниэля, настолько он был неприспособлен к жизни вампира. Елизавета, обратив его, совершила огромную ошиб-ку. И Мечислав подозревал, что убив Даниэля, она совершила самую страшную ошибку в своей жизни. Этого Юля никогда ей не простит. Мечислав уже начинал разбираться в характере своего фамилиара.
Никогда не простит. Будет ждать, сколько потребуется, будет выжидать, будет молчать и терпеть, а потом — нанесет удар. Жестокий и неожиданный. И — последний для Елизаветы.
Пусть Даниэль был не лучшим человеком на свете. Капризный, как все гении. Своевольный. Не умеющий приспосабливаться к обстоятельствам. Увлекающийся — и так же легко оставляющий свои увлечения. Постоянной его страстью была только живопись. Когда он встретил Юлию Леоверенскую, он действительно предложил ее Мечиславу. Оценил ее силу и характер — да, пока еще не развившиеся до конца — что такое для чело-века двадцать лет? Мелочи! Некоторые и к сорока годам еще дети. Оценил — и предложил Мечиславу воспользоваться ей. И тут же сам испортил свой план. Влюбился, увлекся, затащил в постель, поставил Первую Печать…
Мечислав не слишком сердился из-за этого. Любому другому он свернул бы шею. Но не Даниэлю. Друг был не виноват. Просто у него такой характер. Собака не отвечает за то, что в радости лает и прыгает. Это в крови. Так же, как у Юли в крови — ее черто-во упрямство!
Черт побери!
Мечислав раздраженно дернул ногой, как кот — хвостом.
