Славка… то есть Станислав Евгеньевич Леоверенский не обладал ни одним из ее качеств. Он не пришел бы на помощь другу. Он поддался бы Дюшке с первого взгляда. И так закончилась бы вся история. Даже не начавшись. Мечиславу не нравился этот чело-век, но он сможет оказаться подходящим рычагом давления на Юлю. Ради своей семьи она пойдет на все. И куда угодно. Хоть босиком по углям.
И Мечислав даже завидовал этому ее качеству. Сам он так не смог бы. Он прежде всего хотел — жить. А Юля лезла в драку, думая только о том, чтобы защитить дорогих ей людей. Своя жизнь, жизнь противника — это было совершенно неважно. Важна была только победа. И за ценой она не стояла.
Мечислав очень надеялся, что однажды…. Наступит день — и он окажется в числе тех, кого эта девушка будет защищать даже ценой своей жизни, свободы, разума…не думая о последствиях для себя и не размениваясь на мелочи вроде «что такое „хорошо“ и что такое „плохо“».
Мечислав знал, как девушка пытала оборотня. Как управляла крысами. Как торговалась с Андрэ. Он восхищался ей. И готов был скрипеть зубами — не ради него Юля шла на все. Ради Даниэля. И только ради него.
Вадим как-то попробовал поднять тему с пытками. Юля подтвердила все, что ему рассказал Даниэль, но когда вампир спросил: «А почему ты не доверила это дело Да-ниэлю? Он вампир. Он знает анатомию и умеет пытать лучше тебя. И тебя бы так уг-рызения совести не мучили.» — он получил ясный и четкий ответ. Юля передернулась — и вскинула голову. «Я понимала, на что иду. Знала, что это мерзко. Гадко. Что не сдержу своего слова. Что буду убивать. Буду подличать и обманывать. Можешь презирать ме-ня за это. Но — меня. Это все были мои решения. Потому что я перенесла бы это легче Даниэля. Он — художник. Творец. И ему тяжелее было бы жить, запачкав руки и душу. Когда об этом просят враги, или просто приказывают, ломают тебя — это переносит-ся легче. А вот когда друзья… он и так мучился из-за того, что шпионил для Мечислава. А если бы ему еще пришлось пытать для меня… не надо такого. Я его слишком для это-го любила».
Каких усилий Мечиславу стоило выслушать это спокойно — знал только он сам. М-да. Первая любовь. Такое легко не забывается. И именно после этого он принял реше-ние не давить на Юлю.
Она должна прийти к нему сама.
Прийти по доброй воле. Иначе ничего у них не получится. Юля не потерпит дав-ления на себя. И… ему было просто интересно. Первая женщина, которая так отчаянно сопротивлялась своему влечению. Но почему?
Этого вампир понять и не мог.
