Станция показалась Озу смутно знакомой. Они проходили похожую? Возможно… Воспоминания о пути в глазу урагана туманились. Оз хорошо помнил, что было в начале («Клуб», разрушенный родной город) и в конце (мертвеца, к которому его привязали, драку Мизинца и Смурфа), но плохо помнил, что случилось между этими точками. Туман, везде струился туман. Оз где-то читал об эффекте края, феномене памяти. Согласно этому феномену, элементы в начале и конце заучиваемого материала запоминались лучше, чем элементы в середине ряда. Может быть, дело в этом?
Остановились на замусоренной платформе.
Смурф глянул за спину. Оскалился.
— Не отстаешь, да, сука? — сказал он Стене или кому-то в Стене и повернулся к тележке.
Его взгляд прыгал с Оза на Зиппо.
— Не трясись, задрот, — сказал Смурф. — Рано.
Он взял Зиппо за руку и потянул к вокзальной двери. Удивился, когда Зиппо оказал сопротивление. Опустил взгляд и усмехнулся.
Мальчик не проснулся, но его ладошка обхватила запястье Зиппо. Не отпускала от тележки. Затем пальцы расслабились, и рука упала на платформу.
— То-то, — сказал Смурф. Глянул на Оза с плотоядной улыбкой. — Никуда не уходи.
Оз закивал.
Смурф, брат-один и Зиппо вошли в здание.
Дверь закрылась.
— Они жили во тьме, — сказал мальчик, — некоторые стояли на руках, некоторые тянули руки вверх, некоторые лежали на спине, некоторые на боку, некоторые стояли согнувшись, некоторые на коленях, некоторые щупали тьму вокруг… И всех обнимали Небо и Земля, их родители. Но тьма надоела детям Неба и Земли, и они собрались в круг, и кто-то сказал: «Давайте их разделим». А другой сказал: «Нет, давайте их убьем».
Мальчик открыл глаза.
Смурф толкнул Зиппо вглубь вестибюля.
— Вперед, придурок. Кинотеатр открылся.
Зиппо покорно шел. Под подошвой его правого кеда хрустела штукатурка, подошва левого давно оторвалась.
Вестибюль пятнала грязь от высохших луж, потолок змеился трещинами. Слева и справа были кассы, залы ожидания, служебные помещения. На второй этаж вела чугунная лестница. Брат-один замер возле нее, провел пальцем по дате: «1918». Он выглядел сбитым с толку.
— Стоять, — приказал Смурф, и Зиппо остановился.
— Кругом!
Зиппо повернулся.
— Чем здесь воняет? — спросил брат-один.
— Чем-чем, — отмахнулся Смурф. — Мертвечиной.
— Да нет…
— Забей. Давай с этим закончим и свалим. Какую ногу выбираешь?
Брат-один будто не услышал.
— Да что такое? — психанул Смурф.
— Окна, — сказал брат-один. — Почему окна целые?
Смурф завертел головой.
— Да че тупишь. Капец урагану.
— Но…
— Садись! — приказал Смурф Зиппо. — Ноги вытяни! — Затем повернулся к брату-один. — Найди что-нибудь тяжелое.
Вместо того чтобы сесть и вытянуть ноги, Зиппо опустился на колени. Его глаза прояснились.
— Трубу нашел! — крикнул брат-один из-под лестницы, потом закашлял. — Блин, это газ! Здесь газом шмонит!
Зиппо тронул запястье, которого коснулся на перроне мальчик, потом сунул руку в карман штанов и достал зажигалку.
— Она золотая, — сказал Зиппо. — Клянусь своей фильмотекой.
Он откинул крышку, и глаза Смурфа округлились.
— Эй, погоди… слышь, не надо…
Зиппо улыбнулся:
— Бойся меня… Бойся меня… Бойся меня!
А потом крутанул колесико.
Из-под колесика брызнул сноп белых искр, и в воздухе юркнула синяя змейка. Воздух вспыхнул и покатился пламенем. Смурф отшатнулся назад.
В центре вестибюля расцвел шар белого огня. Взорвался с оглушительным хлопком. Взрыв сотряс здание, швырнул в стены и потолок шквал осколков. Помещение наполнилось ярким дымом и пульсирующими искрами. Тьма раскололась. Тени метнулись в стороны — и сгорели в ослепительной вспышке.
Все поглотил чистый свет.
Две острые сосульки проткнули барабанные перепонки Оза. Окна взорвались, осыпав перрон жужжащими осколками. Огненный кулак выбил дверь, и она пролетела в метре от тележки.
Оз упал на живот, инстинктивно закрыв руками голову. В воздухе плавали жар и горячие искры. Оз слышал, как бьется его сердце, как надсадно схлопываются и расправляются легкие. Пахло горелой резиной… кожей…
Оз приподнялся и осмотрелся.
Из дверного проема, из дыма, вышла коренастая фигура.
Смурфу так разворотило лицо, что он стал похож на Хищника с распахнутыми жвалами. Глаз не было видно под рваным и красным. Голова была скальпирована — шматок синеватой кожи свисал на левое ухо. Широкая щепка воткнулась в шею.
Смурф издал булькающий звук, слепо шагнул вперед и рухнул на плитку.
Оз поднялся на колени, всматриваясь в распластавшееся тело. Не верил, что Смурф мертв. Сейчас он поднимет руку, вцепится толстыми пальцами в шов между плитками — и поползет…
— Надо идти, — произнес мальчик.
Он стоял рядом с тележкой и тоже смотрел на здание.
— Там Зиппо… — сказал Оз.
Мальчик покачал головой.
— Нет. Он уже в другом месте.
Боковым зрением Оз увидел, как кто-то приближается к взорвавшемуся зданию со стороны леса. Понял, что боится повернуть голову.
Заставил себя посмотреть. Забыл про мальчика.
Это был Крафт… Крафт, которого забрал ураган. Оз узнал его только по футболке с принтом лица мертвого писателя, работавшего в жанре ужасов.
