– Они рыцарей своих заберут. А уж воинов нам хоронить придётся. Одну могилу на всех выроем, пускай уж не обижаются.
Яшка возмутился:
– А я б их тут так и кинул!
– Мы же – христиане… – тихо возразил князь. – Слушай, Яша: когда вернёмся, ты к невесте Ратмировой сходи. Вы ж с ней родня вроде.
– Сестра она моя! – глухо отвечал Яша. – Сосватал я её другу своему… удружил!
Но затем, встряхнувшись, воскликнул:
– А славно мы их! А?
Александр усмехнулся:
– Да уж надолго запомнят!
Наступила ночь. Стоя на береговом возвышении, князь Александр и несколько человек из его дружины следили за тем, как при свете костров шведские воины (рыцари и простые ратники вместе) заканчивали складывать на один из уцелевших кораблей трупы погибших в сражении рыцарей. Закончив, поднялись на другой корабль и зацепили петлей за носовой выступ тот, на который погрузили тела.
– Неужто они их до Швеции потащат? – недоуменно проговорил Сбыслав, нарушив долгое молчание. – Ведь не довезут…
Александр, по своему обыкновению, пожал плечами:
– Думаю, они другое замыслили. Сейчас увидим.
Корабль отплывал вместе с ещё несколькими судами, на которые погрузились уцелевшие. На корме каждого зажгли фонари.
Отойдя от берега, шведы обрубили буксирный канат. И тогда в воздух взвились огненные стрелы. Стрелы, обмотанные горящей паклей, одна за другой вонзались в корабль с телами мёртвых. В конце концов он занялся пламенем.
Князь и его дружинники, не сговариваясь, осенили себя крестным знамением.
Стоя у бортов своих кораблей, шведы тоже крестились, беззвучно повторяя молитвы.
Пылающий корабль мертвецов всё дальше уходил в море.
В огромном зале с высокими стрельчатыми окнами собралось несколько десятков людей.
Рослый рыцарь в бархатном тёмном камзоле, с цепью магистра на груди, поднялся со своего места, обводя собравшихся взглядом, и начал говорить:
– Братья-рыцари и вы, добрые епископы, духовники Ливонии и Ливонского ордена! Я, Дитрих фон Грюнинген, магистр ордена, собрал вас здесь ради решения самых важных для нас задач!
Вы все знаете о жестоком и позорном поражении, которое потерпели шведы на берегу Невы от русского князя Александра.
Среди собравшихся пронёсся лёгкий ропот.
– Тише! – возвысил голос магистр. – Что случилось, то случилось, и раз Господь это попустил, значит, на то были причины. Главная причина – гордыня и нетерпение, которые проявил шведский ярл Биргер. Он не стал ждать нашей помощи, не согласовал с нами боевых действий, самонадеянно решив, что у него много войск и он сам в силах справиться с князем, который уже доказывал свои силу и отвагу не раз. Чего стоит только его участие шесть лет назад в разгроме ордена меченосцев! Многие говорят, что его отец, князь Ярослав, не сумел бы победить без своего могучего сына, и я склонен в это верить.
– А ему тогда было четырнадцать лет! – заметил один из рыцарей. – Глупо было бы недооценивать его сейчас.
– Я именно об этом и говорю! – Лицо магистра внешне остаётся бесстрастным, и только блеск в глазах выдаёт возбуждение. – Мы с вами начинаем крестовый поход и должны знать своего противника и трезво его оценивать. Тем более что ярл Биргер не подумал о том, скольких врагов нам необходимо победить…
Вам, братья мои, предстоит биться безжалостно с язычниками, будь то ливы, эсты или славяне. И особенно – с русскими еретиками – самым опасным и сильным нашим противником. Ибо русы имеют склонность помогать и эстам, и литовцам, и ливам. Мы должны сокрушить оплот их сопротивления, русские крепости на границах с Ливонией – Изборск и Псков. Шаг за шагом продвигаясь вглубь русских земель, построим там крепкие замки. И мы добьёмся этого своим мечом! Действовать надо без пощады, чтобы никто не посмел поднять оружие против рыцарского воинства.
Со своего места поднялся ещё один рыцарь:
– Рыцарям Ливонии будут помогать многие епископы. Нам следует также собрать под крестоносные знамёна покорённых и крещёных язычников…
Фон Грюнинген улыбнулся в ответ на эту пылкую речь:
– Андреас! А не убеждались ли мы уже много раз, что язычники, будь они хоть трижды крещены, всегда готовы предать и бросить нас в трудный момент?
– Это так, Дитрих! Но на то я и вице-магистр, твой первый помощник, чтобы предвидеть такую возможность. Этих людей следует всегда держать в страхе, дабы они не уклонялись от сражений. Особенно от сражений с русскими!
Магистр кивнул:
– На это мне нечего возразить. Верю – Бог нам поможет!
– И не только Бог! – негромко произнёс подошедший к магистру епископ. – Во Пскове, как мне донесли, есть неглупые люди из тамошней знати… Так вот – они готовы убедить население города впустить нашу армию за городские стены. Разумеется, это должно быть им выгодно!
– Разумеется! – оборачиваясь к епископу и с трудом скрывая брезгливую гримасу, кивнул магистр. – Предательство отвратительно, не так ли? Но глупо не воспользоваться им, если оно оказывается нам выгодно.
…Спустя несколько дней гонцы известили князя Александра о том, что несколько предателей-бояр тайно впустили во Псков вражескую армию.
