— Этот Крогнар оказался не так-то прост. В первые минуты боя меня спасало, что я смог отступить по
— Но как же ты справился? — с удивлением спросил я.
— Ещё вчера я бы сказал, что не знаю. Но сейчас, услышав слова Аяны, я понял, что во время боя я перешёл на другой ранг. И тогда рисунок боя кардинально изменился. Я стал быстрее. Уже орк не поспевал за мной. Он перешёл в оборону, старясь измотать меня, но я чувствовал такую бодрость… сложно объяснить… А когда я разделался с учеником, шамана охватила злость. Он потерял контроль и начал совершать ошибки. Ну а потом он попросил пощады.
— Кстати, почему ты пощадил его?
— Честно, не помню, о чём думал в тот момент. Мне он показался достойным противником. Хотя, когда он начал молить о пощаде, я понял, что ошибся.
— Ясно, — не стая я докапываться.
Через несколько минут мы наблюдали за тем, как Лилия и Аяна спускались с марса на палубу.
— Кажется, они смогли найти общий язык, — сказал я, слушая как девушки, даже спускаясь по канатам, успевают переговариваться.
— Ага, — ответил брат. — Осталось тебе и Аяне найти точки соприкосновения. Уж не знаю, чем, но ты ей так не нравишься.
— Миш, я не красна девица на выданье, чтоб всем нравиться. Я к ней отношусь ровно. Остальное её проблемы.
Когда Сая начала клониться за горизонт, к нам пришвартовалась галера. Вместе с Филиппом на корабль перешли около двух десятков человек. По внешнему виду я догадался, что они были гребцами-рабами на галере. И заметив мой немой вопрос, Филипп решил прояснить ситуацию.
— Они согласились при минимальном жаловании отработать за свою свободу три года на моём корабле. У всех есть морской опыт, а мне нужно компенсировать потери после сражения с орками.
— Наверняка желающих избавиться от рабской татуировки было больше, — сказал я.
— Ты прав. Но не все мне понравились, — ответил Филипп.
Я стоял у борта корабля, и ветер донёс до меня крайне неприятный запах. Будто кто- то сдох. И учитывая, что вчера был бой, ничего удивительного. Только вот всех погибших скинули в море.
— Уээээ, — раздалось мычание. Я повернул голову на звук, и увидел в воде запутавшегося в сетях орка. Вернее, ожившего мертвеца!
— Смотри! — указал я Филиппу.
— Ого! — встал он рядом со мной. — В первый раз вижу восставшего из мёртвых зомби. Скелетов, да. Но зомби? Это же оно?
— Да, — ответил я.
— Странно, насколько я слышал, чтобы появился этот вид нежити, нужен некромант. Но откуда ему тут взяться, правда? — Он сделал паузу. — Хотя теперь понятно, почему у галеры такой сильный крен вправо. Думал пробоина, а о сетях даже не подумал. А с палубы галеры их и не видно…
Нежить старалась выбраться из сетей. Его интеллекта не хватало сообразить, что если он распутается, то тут же пойдёт на дно.
Тело мертвеца, словно поплавок, то тонуло, то вновь поднималось из воды. Но когда я отчётливо увидел голову упыря, то не мог поверить своим глазам. Это был тот самый орк, которого я убил
Вновь загорелся фиолетовый огонёк. Я открыл галоизображение. Там были характеристики зомби, и пробежавшись по ним взглядом, совершенно не впечатлился.
— Сейчас прикажу срезать верёвки, удерживающие сеть и пусть тонет, — произнёс Филипп.
— НЕТ! — тут же остановил я Филиппа. Он недоуменно посмотрел на меня. И тогда я начал объяснять. — Это я вчера его убил. Видишь, — указал я на зомби, когда его голова вновь показалась из воды. — У него в глазу нож. Это мой артефакт. И я хочу его вернуть.
— А, ясно, — сказал Филипп. — Тогда сейчас распоряжусь поднять зомбака из воды. Хорошо?
— Да.
Всего через пару минут нежить подцепили крюками, и подняли над палубой. Запах был отвратительный, и было решено держать его над водой.
—
— Анд, ты что такое делаешь? — появился радом со мной Мишель как раз, когда я забрался на борт, чтобы вынуть нож.
— Забираю свой артефакт, — ответил я, схватившись за рукоять и потянув её на себя.
Иии… я чуть не потерял равновесие. Но не из-за того, что не рассчитал силы, а потому что
— Бл@ть, — вырвалось у меня.
— Цел? — спросил брат, подумав, что я выругался испугавшись падения.
— Да, — ответил я. Сам же подумал, что лучше бы не вытаскивал этот нож. Хотя, кого я обманываю. Вознаграждение за убийство орка звучало крайне заманчиво.