– Кто эта фифа, что была с тобой в кафе? – пропустила мимо мои комплименты Анна.
– Так знакомая. Поразительно, я сидел и потешался над вами, но мне и в голову не пришло…
– Не увиливай от вопроса. Кто эта дамочка?
– Вы ревнуете?
– Не несите чепухи. Я повторяю вопрос, что за дамочка была с вами. Что еще за знакомства у нас за спиной?!
Два товарища оживились и с интересом начали следить за нашей беседой.
Страшная мысль пришла мне в голову: а что если она следила за мной! Боже, что если я раскрыт? Я тут же стал покладистым.
– Это пациентка доктора Фрейда. Мы у него познакомились. Решили отметить…
– Зачем она подходила к столику с Троцким? Она знала его собеседника? Почему они ушли вместе?
«Ага, – подумал я, – видеть ты нас видела, а слышать не слышала. Это шанс».
– Просто она болезненно стеснительна. Доктор советовал ей чаще бывать в обществе. Мы поспорили, что она подойдет к незнакомым людям, познакомится и попросит помощи у одного из них. Такой фан.
Я врал вдохновенно. Аврору сдавать я не собирался никому.
– Почему она подошла именно к Троцкому? Ты знал, что он там будет?
– Нет. Я не знал, что он там будет. Мы с ним договорились встретиться в «Централе» на час позже. Мне самого удивило его появление. Я отправил ее к ним за столик, чтобы позлить его. Он мне не нравится.
– Вы с ним говорили по делу?
– Нет.
– А о чем вы с ним говорили?
– Он предложил мне работать на него. Докладывать о ваших действиях и замыслах.
Повисла пауза. Я успел подумать, что если бы Анна меня выследила до встречи с агентом охранки, то разговор был бы не об Авроре.
– И что ты ему ответил?
– Что я мог ответить? Сказал, что он – негодяй.
– Зря, надо было соглашаться.
25
В анализе «Т» наступил перелом. Фаза сопротивления закончилось. Пациент стал полностью доверять мне. Обычно это проявляется в том, что с кушетки льется поток доселе сдерживаемых недоверием жалоб. «Т» начал с того, что голоден, что за завтраком разыгралась отвратительная сцена. Знакомые, которые гостят в его доме, развели такую грязь и антисанитарию, что завелись тараканы. За завтраком одно из насекомых оказалось на столе. Его попытались тут же убить, но только смахнули на пол. Началась нелепая дикая охота. Знакомые в азарте топали, пытаясь раздавить беглеца. Наконец, это им удалось. Один из них при этом произнес фразу: «Так будет со всеми нашими врагами». «Т» уверяет, что это было сказано со злобой и адресовано лично ему. Не закончив завтрак «Т» вышел из за стола. Я спросил, почему он считает, что реплика предназначалась ему. Ответ стал открытием для меня. Фамилия пациента в переводе означает «таракан»! «Мерзкая фамилия всю жизнь мне испортила!» – воскликнул «Т». В гимназии дразнили и издевались именно из-за фамилии. Он вспомнил, как его ловили и засовывали ему за ворот таракана. Унижение следовало за унижением. В классе естествоведения находился аквариум с земноводными. Учитель регулярно кормил жабу насекомыми. Стоящие рядом ученики предложили скормить жабе самого «Т». Учитель сказал, что так и сделает, если тот не исправит плохую оценку.
Далее последовали обычные у этого пациента самообвинения: он ничтожество, он в детстве не мог наказать обидчиков, не ответил на оскорбление и сейчас. Однако я заметил, что больше нет речей о самоубийстве. Видимо, какой-то позитивный момент в его жизни все-таки появился. Параллельно с самобичеванием, «Т» призывал бога себе в помощь и жаловался на ее отсутствие. У меня появилась одна идея. Я предложил пациенту описать его бога. Предложение повергло того в шок. Моим аргументом было то, что пациент не мусульманин, в его религии разрешены изображения бога. «Т» обвел глазами мою коллекцию античных и древнеегипетских статуэток, как будто искал среди них ответ.
В конце концов, он выполнил мое задание. Косноязычный сначала, пациент постепенно разошелся, даже процитировал какой-то псалом Давида. Его описание, как я и предполагал, более всего подходило к богу Торы, суровому богу Ветхого завета. Милосердный, но ревнивый, заботливый, но жестокий… Бог любит «Т», но постоянно наказывает его за грехи. Бог обязан покарать всех врагов «Т». Однажды он так и сделал: учителя, который хотел скормить «Т» за плохие оценки жабе, уволили из гимназии.
Данное «Т» описание подошло еще одному герою… его отцу. Отца тоже все любили и боялись. Его власть была велика, он мог облагодетельствовать, кого хотел, мог покарать. Отец был жесток, но справедлив. Он был нежен к «Т», но после ночного происшествия отвернулся от него. Холодность отца вызвала чувство вины. Итак, делаем вывод: когда отец исчез, его функции и качества перешли к богу. «Т» горько усмехнулся на этих словах и сделал удивительное признание. Он сам узнал это только недавно. Отец умер в лечебнице для умалишенных. Его поместили туда по настоянию матери «Т». Причина – вспышки ярости вкупе с приступами эпилепсии. Скорее всего, мы имеем дело с садизмом.
