В другой раз запали ему в душу слова из Евангелия «Блаженны милостивые, ибо они помилованы будут». Запомнил он из Библии и другие слова: «Грехи твои милостынями очисти и неправды твои – щедротами к нищим». Да и бабку свою Ольгу князь вспоминал. Как она собирала на княжьем дворе нищих, бездомных, всяких горемык и кормила их, поила, давала одежду и другими милостынями одаривала убогих.
Так и теперь потекли на княж двор все обездоленные: голодные, раздетые, бесприютные, калечные, вдовы с сиротами, должники, которым за долги грозила тюрьма, хворые. Князь Владимир на весь Киев и на всю страну, во всех городах и сёлах объявил через своих слуг и гонцов:
– Если кто нищ, наг и убог, приходи ко мне на двор и проси без страха всё нужное!
Всех князь принимал с ласкою: кормил, поил, одевал, а кого и серебрецом жаловал по нужде. Но и того ему казалось мало.
– Немощные и больные не могут добраться до моего двора, – сказал Владимир и велел слугам: – Нагружайте возы хлебом, мясом, рыбой, овощами разными, бочками с мёдом и квасом. Возите их по городу и всюду спрашивайте: где есть страждущие, которые сами не могут прийти на княжий двор? Раздавайте таковым всё, в чём нуждаются.
Оттого и заслужил он в народе прозвание ласкового князя Красное Солнышко, и на века это имя запомнилось людям.
Да и не только к бедным и горемычным был щедр князь Владимир. Любил он по воскресным дням и церковным праздникам задавать славное угощенье – пир на весь мир! Одно застолье – чтобы почтить духовных лиц: епископов и священников. Другое – чтобы накормить голодных. Ну а третье – чтобы повеселить дружину. Про пиры эти знаменитые потом много столетий пели в своих былинах сказители:
Крещёная Русь вошла в большую семью христианских народов. Теперь на неё смотрели не как на дикую языческую страну с кровавыми обычаями. Держава князя Владимира стала теперь равноправным добрым соседом для всех, кто хотел мира и дружества. Ведь христианам зазорно поднимать друг на друга меч ради каких-то выгод.
Но оставалась одна старая незажившая рана, которая продолжала причинять боль и князю, и его стране. Степное племя печенегов так и терзало южные окраинные русские земли. С тех пор как Варяжко, дружинник убитого князя Ярополка, навёл их на Русь, чтобы отомстить Владимиру, не было от них покоя. По весне или летом они приходили на конях целой ордою, разоряли окрестности Переяславля и Киева, грабили и уводили людей в плен. Одна дружина князя не могла с ними справиться. Нужно было выстроить целую заградительную систему против враждебного Дикого Поля, как называли степь. И князь Владимир построил её!
– Нехорошо, что мало градов вокруг Киева, – рассудил князь, советуясь с боярами. – Будем ставить города!
Не два, не три, даже не пять и не десять городов стремительно выросли на берегах рек южнее Киева. По обе стороны Днепра, на его притоках, встали десятки крепостей! Хотя и деревянные, но защищённые такими прочными и высокими валами, что взять их степняки не могли. Сначала строители ставили стену из бревенчатых срубов, потом укрепляли их кирпичом, а после засыпа́ли землёй. Такую конструкцию ни поджечь, ни пробить, ни одолеть прямой атакой. Мало того, между градами тянулись ещё длинные земляные валы, а поверх них князь приказал выстроить сплошную стену. Может, она и уступала в протяжённости и мощи Великой Китайской стене. Но задачу свою вместе с градами-крепостями выполняла исправно. Преграждала путь степнякам на Русь. Лишь изредка они исхитрялись прорываться сквозь эту великую русскую стену.
Кто же нёс в тех крепостях сторожевую службу? Кем заселял князь многочисленные новые городки? Под рукой у него была обширная страна, какой не владели ни отец его, ни бабка княгиня Ольга, ни дед Игорь. Князь Владимир объединил все восточные славянские народы, привёл под власть Киева многие финские и балтийские племена. Русь стала огромна и сильна как никогда. Величиной и богатством она уже могла поспорить даже с Константинопольской империей. Такой державе подобает иметь и большое войско для защиты своих пределов. Княжьей дружины не хватало – князь Владимир стал набирать ратников изо всех земель. Словене и кривичи, чудь и вятичи, Ростов и Суздаль, Новгород и Смоленск – все давали своих лучших воинов. Князь сам объезжал старые русские города, созывал охотников-удальцов на ратную службу, отправлял их в новые крепости на краю степей.
