Выбранные Верт и Орнес оделись прямо тут, просто накинув на себя драные и заляпанные рубашки и плащи прямо поверх доспех, благо огромные размеры одежды вполне позволяли.
— Специально такими шили, — пояснил Гирон на удивленный взгляд барон. — А вы? Почему не переодеваетесь?
— У нас другая задача… погоню все равно нужно увести.
Гирон глянул на барона и спорить не стал, сообразил, что тот все уже решил.
Вот показались принцесса с матерью. Ортиния спрятала свои длинные волосы под бесформенную матерчатую шляпу и сейчас очень походила на мальчишку-подростка из бедняцких окраин, только лицо уж очень чистое. А вот королеву нарядили в бесформенные балахон со специальными вставками, которые очень полнили фигуру. Сейчас королева напоминала пожилую матрону-горожанку, а накинутый капюшон не давал разглядеть лица.
Барон шагнул вперед.
— Ваше величество, ваше высочество, вы позволите взять ваши старые одежды?
Удивленную женщины молча протянули ему платья. Барон оглядел своих людей, выбрал подходящих по его мнению и протянул им платья.
— Надевайте! Вы принцесса и королева, мы вас охраняем. Лурт, только усы свои сбрей.
— Но…
— Я знаю, как ты к ним относишься! Какая тебе разница Там?! — последнее слово барон специально выделил интонацией. — Зато ты исполнишь свой долг.
— Я понял, Лорон.
Лурт вздохнул и достал кинжал. Морщась, он быстро убрал свои роскошные усы, оставив на лице несколько царапин, после чего потянулся к платью. Платье королевы подошло нормально, а вот платье принцессы не налезло.
— Смешно, — прокомментировала происходящее наблюдавшая за происходящим Луна. — И что вы намерены делать ножом?
Выбранный гвардеец хмуро глянул на подругу принцессы и не решился высказать ей то, то хотелось.
— Распорю швы, — кратко пояснил он.
Луна задумчиво покивала.
— Ага-ага. Вас сразу примут за принцессу. В распоротом платье… а ничего, что вы на голову выше ее высочества?
— Госпожа… — начал было барон Лорон, но был остановлен беспечным взмахом руки.
— Я придумала. Ну-ка, дайте мне платье принцессы, я мигом.
Под общими недоуменными взглядами девушка выхватила платье Ортинии из рук гвардейца и скрылась за бочками. Вскоре она вышла одетая в платье, а мужской наряд, в который она переодевалась раньше, несла на руках и сразу отдала его гвардейцу.
— И что это значит? — хмуро поинтересовался барон, хотя сразу все понял.
— Барон, извините, но ваших солдат хоть в платье принцессы, хоть без него даже последний пьяница не перепутает, а вы, как я поняла, хотите как можно дольше задержать погоню. Я же похожа на принцессу, почти одного роста и одинакового сложения.
— Госпожа, вы понимаете, что нам…
— Да, барон! Но у меня, как и у вас, есть свой долг!
Только сейчас до принцессы дошло происходящее.
— Луна, нет! — она кинулась к подруге и попыталась сорвать с нее платье, но была поймана за руки и как ни дергалась, вырваться не получалось — Луна всегда была сильнее ее.
— Принцесса, что вы сейчас хотели сделать? — с усмешкой поинтересовалась она. — неужели опозорить меня, сорвав с меня платье при мужчинах? Чем я провинилась перед вами, ваше высочество?
— Луна! — Ортиния перестала сопротивляться, покраснела от смущения, тут же побелела от злости. Топнула ногой. — Вот всегда ты так! Все вывернешь! Но не смей этого делать! Слышишь?! Не смей! Я… Я приказываю тебе уходить с нами!
Луна осторожно подвела принцессу к входу в подземный ход.
— Извините, принцесса, но это ваш единственный приказ, который я не смогу выполнить. — Она вдруг наклонилась и поцеловала девушку в лоб, после чего толкнула Ортинию к Гирону. — Забирайте ее быстрее.
Принцесса не сразу поняла, что происходит, но когда сообразила, попыталась вырваться, но Гирон держал девушку за руку крепко.
— Пусти! Слышишь, пусти, я сказала! Если не выпустишь, я пожалуюсь твоему герцогу и он отрубит тебе голову!
— Как скажете, ваше высочество. Но пока у меня приказ спасти вас и ее величество, и я буду исполнять его. — Гирон посмотрел на Луну и вдруг чуть склонил голову. Потом передал сопротивляющуюся Ортинию своему солдату и велел уводить ее.
— Мама! — отчаянно закричала девушка, которую упорно тащили в сторону подземного хода. — Прикажи им! Прикажи Луне! Мама, пожалуйста!
— Орти, ты ведешь себя недостойно, — отрезала королева. — У каждого здесь свои приказы и свой долг. Каждый должен его исполнять так, как считает сам. Это выбор Луны и не думаю, что она послушает даже мой приказ. Боюсь, что даже приказ твоего брата ее не остановит.
Луна весело покачала головой.
— Конечно нет. И Орти, чего это ты паникуешь, словно хоронишь меня? Мы еще живы и еще побарахтаемся! Вот выберемся из этой передряги и потом поговорим, кому из нас веселее было: тебе в твоем убежище, или мне, раскидывающей заговорщиков одной левой!
Ортиния слабо улыбнулась и перестала сопротивляться, позволив увести себя. Только у самого входа оглянулась, последний раз посмотрев на подругу. Такой она ее и запомнила: стоявшей с гордо поднятой головой и с широкой улыбкой на лице. И ее беспечный жест на прощание — до встречи.
Следом уже без задержки стали протискиваться остальные солдаты.
