— Во-во. Когда организованной силы в Эндории не осталось, города сами сдались Эриху. Сил-то на сопротивление у них нет. Локхеру повезло со снежной зимой и Эрих не смог после завоевания провинции сразу выступить в поход, и дал тем самым время собрать новую армию. Теперь о второй битве… ваш король случайно не ученик этого герцога Лодерского?
— Герцог был его воспитателем, но откуда вы узнали? — удивился Филипп.
— А действия похожи. Король под Берском действовал так же, как и герцог под Локаром. Масса войск бросается вперед, натыкается на врага и с ходу направляется в атаку без разведки, ничего не зная о противнике… ну да, это ж скучно. Попадает в ловушку и такая же храбрая до идиотизма атака кавалерии на укрепленные позиции. Судя по всему, король тоже лично вел конницу … ну тут тоже все понятно, диагноз тот же, что и у герцога.
— Да как ты смеешь оскорблять короля… ты!!! — Эндон рванул вперед, обнажая меч.
— Эндон!!! — рявкнул граф. — Не заставляй меня стыдиться тебя! Ты слово дал!
— Прошу прощения, милорд, — прошипел мальчишка, гневно сверкая глазами. — Я забыл о нём когда этот… этот…
— Забыл о данном слове? — ехидно поинтересовался Володя. — Что ж, удобно. Дал слово и тут же о нём забыл и можно всем честно говорить, что ничего никому не обещал. Знавал я одного такого хозяина своего слова. Сам дал, сам и обратно взял.
— Я поклялся защищать тебя в походе по лесу, но когда мы пройдем его, я заставлю тебя скрестить со мной мечи, и тогда ты проглотишь свои слова вместе с моей сталью!
Честно говоря, Володя и сам удивлялся, чего он прицепился к этому пацану. Возможно из-за его непередаваемой уверенности, что только благородные — люди, остальные так, пыль под их ногами. Это его высокомерие раздражало, вот мальчик и ставил его на место при каждом удобном случае, но, похоже, перестарался. Забыл, где он и какие тут могут быть последствия таких вот подколок. Расквашенным носом всё не закончится. Внешне Володя остался совершенно невозмутим, хотя мысленно и ругал себя за несдержанность.
— Как угодно, — равнодушно заметил он.
— И всё-таки, милорд, я попрошу вас воздержаться от оскорбления короля, — попросил Филипп. — Я же не оскорбляю вашего короля, говоря, что он идиот.
— Да на здоровье, — пожал плечами Володя. — Оскорбить может только правда, а ложь просто слова. Сказал — их унес ветер. Вы же и сами в глубине души знаете, что я прав: король и герцог повели себя не самым лучшим образом, потому вас и задели мои слова. А моего гм… императора… Враги называли его тираном, убийцей, вором; друзья лучшим правителем за последние сто лет, но ни те, ни другие никогда не называли его идиотом. Обозвать-то можно, но вы будете похожи на обиженного ребенка, который не знает, что сказать и бросает первое, что в голову приходит.
Мальчик покосился на графа, чего это он такой бледный?
— А как бы вы действовали на месте короля?
— Слава богу, я не на его месте и у меня других проблем хватает, чтобы еще заниматься пустыми рассуждениями, от которых никому никакой пользы.
— Конечно, болтать легче, — опять встрял Эндон. — А как что умного сказать…
— Ну, хорошо, — вздохнул Володя. — Филипп, если я где ошибусь, поправь меня. Давайте рассуждать. Король Эрих рискнул атаковать зимой и это явно не спонтанное решение, и он к такой войне готовился. Единственное, чего он не учел — это снежной зимы, из-за которой застрял в Эндории. Что я успел узнать об этой провинции? Немного. Это не сельскохозяйственный регион, там шахты, караванные дороги, но плодородной земли мало, из-за чего прокормить себя она не может — хлеб туда доставляется из других районов страны. Ничего не напутал?
— Все правильно, — кивнул Филипп.
— Местность там еще холмистая. Так вот, из-за снега Эрих угодил в ловушку, ни вперед, ни назад — перевалы ему тем более не перейти, связь с Родезией прервалась, поставки продовольствия тоже. Эндория не способна прокормить и собственное население, а тут еще несколько тысяч ртов пожаловало, да еще зимой, когда осенние припасы уже основательно подъедены. Сколько, кстати, вторглось?
— По последним оценкам тысяч двенадцать, — отозвался граф.
— Филипп, ты не заметил, численность кавалерии под Берском у Эриха была меньше, чем в первой битве или осталась такой же? Спорю на золотой, что сильно уменьшилась.
Солдат задумался.
— Верно, милорд. Кавалерии у родезцев в последний раз, почитай, совсем не имелось. Иначе никогда бы мы оттуда не ушли. Тем и спаслись, что нас почти никто не преследовал.
— И что это значит? — заинтересовался Артон.
— А это значит, что если бы ваш король думал не тем, на чём сидит в седле, а головой, то эти сведения он получил бы еще до того, как его армия подошла к месту боя, и сделал бы определенные выводы, куда делись лошади в снежную зиму, когда армии не хватает припасов, а коням фуража.
— Их съели?! — с ужасом спросила Аливия.
