Теперь, когда затемнённые стёкла дорогих качественных аксессуаров, сравнимых по эффективности с лучшими и самыми современными масками сварщика, убрали от них лишний блеск и световой шум, стало заметно, что пламя движется не хаотично. Нет, оно закручивалось и свивалось в огромный «водоворот», ведь сверху, над всем этим огненно-световым адом угадывались очертания сильного воздушного вихря, который стягивал и «закачивал», подводил вниз, к «озеру» новый и новый богатый кислородом воздух, усиливая процессы горения и ещё больше поднимая температуру.
Камень под всей этой согласованной силищей плыл, горел и плавился. Он тёк и плескался. А самое главное — таял. То есть, гора, и так уже сильно поплющенная, становилась всё ниже, ниже и меньше. Камень испарялся. И озеро постепенно опускалось вниз, проваливалось.
Одарённые, устроившие это светопреставление, не ограничились только тем, что нарели и расплавили гору. Нет! Они, используя свои согласованные усилия, прожигали в земле дыру-котлован с диаметром не меньше десяти километров… и столько же километров вниз, в глубину, в массив и породу, как любопытный ребёнок прожигает увеличительным стеклом дырку в подобранной им деревяшке.
— Роскошные у парня похороны, — хмыкнул Ли.
— И памятник получится великолепный, — добавил Душан. — Сам бы от такого не отказался… когда-нибудь потом, в будущем. Далёком-далёком будущем, — тут же поправился он, уже предвидя подколки товарищей… или подельников.
— Думаю, Шахиншах не откажется назвать будущее водохранилище в его честь? — повернулся Ли к напряжённо вглядывающемуся в образовавшийся провал блондину. — Надо же польстить и подсластить пилюлю Петру. Он же любит красивые жесты…
— Не отвлекайтесь, — отозвался тот. — Контролируйте давление. Продолжайте давить. Ни у кого же из нас нет желания ещё раз собираться и переделывать недоведённую до конца работу… бесплатно? Нет? Ну, так я и думал. Ещё километр вниз!
— Перестраховываешься? — хмыкнула «Катья».
— Ты против? — уточни он.
— Ни в коем случае, — отозвалась она. — Это ведь не мне, а тебе разбираться с экологическими последствиями настолько масштабного воздействия для региона и для планеты в целом. Сколько там тепла выделилось? Куда отводить будешь? В Арктику или Антарктику? Какое побережье тебе лишнее: Европейское с Африканским или Австралийское с Американским? Но, хоть с пеплом и дымом справляться научились… — задумчиво добавила женщина, внимательно разглядывая удивительно светлое пространство над огненным озером и тот вихрь, который над этим озером крутился, его структуру и градацию изменений цвета. — Молодцы… — уже без издёвки добавила она.
— Не беспокойся, — ответил блондин только на первую часть замечания «Катьи». Правда, было достаточно очевидно, что и вторую часть он мимо внимания не пропустил, и эта часть, а особенно тон, которым она была произнесена, ему польстили. — Потопа не будет. Отфильтрованный теплый воздух будет равномерно распределён по всей атмосфере. Детали уже согласованы и отработаны. Нас страхуют.
— По всей… — повторила женщина, восседавшая на капоте спортивного автомобиля. Помолчала пару секунд, что-то обдумывая. Затем саркастично хмыкнула. — Замечательно. Плюс ещё пара градусов к средней температуре по планете. Что б уж точно никто больше не сомневался в этой вашей теории «Глобального потепления». Умно.
— Не ёрничай, — поморщился блондин. — Акция согласована. Расчёты проведены…
— Для пяти километров, — улыбнулась «Катья». — Не для десятка… — затем беспечно подняла глаза к небу. — Хотя? Я-то чего переживаю? Лишние пара градусов среднегодовой температуры для территории Империи только плюсом пойдут — климат мягче станет, для сельского хозяйства благоприятнее, Сибирь и Дальний Восток осваивать проще… А ещё и Северный морской путь быстрее очистится, меньше ледоколов держать придётся… Это в Европе проблемы будут. Но мне-то что стой Европы, правда? — и улыбнулась.
Блондин поморщился, как от зубной боли, но отвечать не стал. А, спустя ещё секунд пять-шесть, громко скомандовал.
— Заканчиваем! — и, вроде бы, сам решил, вроде бы слова и подначки «Катьи» не причём. Вроде бы не придерёшься… Однако, ухмылки на лицах Душана и Ли промелькнули. А вот на лицах Гранда, названного ранее Альфонсо, и его соседа с «короной», наоборот, появились мрачность и озабоченные выражения.
Вихрь над, и огненный ад на дне глубоченной огромной ямы постепенно начали стихать. Потом стихли совсем. Ли встал и сложил за собой своё туристическое кресло. Повесил на пояс ножны с мечом, небрежно закинул сложенное кресло на спину, козырнул всем и что-то весело насвистывая, ушёл с плато. Следом за ним ушёл и Душан.
Ещё чуть позже, села в свою машину и укатила женщина. За ней покинули плато и Гранд с «корононосцем». А блондин… блондин остался на плато: его работа только начиналась…
