— Наю дед житницей величает. — Нахмурился крепыш.
— Житница, так житница. — Согласно киваю головой.
Как хочет пусть называет. Это дело тоже первоочередное. Остатки гороха хранить где-то надо, чтоб грызуны не перетаскали. У Борща хранить свои запасы всё-таки не очень удобно, ездить далековато, да и для будущего урожая необходимо, чтоб успело просохнуть помещение. Потому оно и на ножках, чтоб проветривалось со всех сторон. Влажное зерно до посевной может недотянуть. Эх один я не при деле. Пойду хоть рогатиной пеньки сшибать. Строитель из меня всё-равно "липовый". Не научили в детстве.
Однако и потренироваться сегодня не пришлось. Подземный ход и правда вскоре закончили. Пришлось тщательно проверять и принимать работу. Дело ведь государственной важности! Не дай бог подведёт в самый ответственный момент, обрушившись на головы или враги им воспользуются для штурма? К счастью недостатков не было. Снаружи так искусно дверь замаскировали что, когда отправился смотреть, почти по ней прошёл и не заметил. И это мне ещё известно, где она примерно должна находиться. Во дворе люк просто закидали от посторонних глаз кучей веток и коры. Позже на этом месте склад построим. Колодец тоже дорыли до воды. Эх и глубокий он получился! Берег-то высокий. Чуть не до полуночи укладывали сруб. Товарищи смеялись, опуская Беляну брёвна при свете факелов и лучин: "Покуда со сруба сам ны подымишься, длани ны подадим. Хош тама заночуй, а дабы к завтрему ключевой водицы испить."
Утром пришлось проснуться от того, что кто-то опять щекочет шею. Хвать! Ан нет. На этот раз муха побеспокоила, а не проказница красотка. Оставалось только вздыхать: "И почему не родился бабником?" Некоторые девушки и юноши "крутят" со всеми подряд, немилосердно разбивая сердца. Мне же Божену жалко. Хорошо, что барышня умнее меня оказалась, не подпустила слишком близко. Теперь "расхлёбывали" бы оба. И ведь и я, и она понимаем, что не судьба, а тянет. Всё-таки это весна, май действуют и молодой возраст.
Словно узнав, что командир проснулся, вломились мои дружинники, прерывая утреннюю негу и торжественно преподнесли большой ковш воды.
— Имай, испей передний корец, княже! — Торжественно объявил Хоробр.
Я оглядел приятелей. Может подшутили, чего-нибудь подлили или подсыпали? Да нет, вроде бы серьёзные. Хотя у них такой юмор и не в ходу (подложить, например, слабительного, чтоб человек потом весь день мучился). Это в двадцатом веке подобное можно ожидать, а здесь люди проще и добрее. Отпив большой глоток, я утёрся рукавом, крякнул, как это делают старики, громко сказал: "Вкусная!" — и передал по кругу. Так мы опустошили первую нашу "братину" чистой ключевой воды из нового колодца. Вчера было ещё нельзя. Муть должна отстояться и осесть.
Вскоре в крепость заявилась делегация расфуфыренных по-праздничному баб и мужиков на четырёх телегах. Не только люди, наряжены были и повозки разноцветными коврами. Лошадки тоже красовались в косичках и ленточках. Мне, появившемуся на крыльце, поклонились, всей толпой, преподнесли двухведерный бочонок браги, целую корзину недавно закопчённых крупных, ароматных лещей и попросили помощи.
— Сопроводи, княже, вплоть лиходейского гнезда, содеяй милость. На смотрины мы есмь ныне усем обозом.
Парни радостно зашумели. И угощение им понравилось, и уважение. Ещё на весёлый обряд видимо захотелось попасть в родную деревню. Нюхнув спиртное, я поморщился. Этого бы не надо. Не дай бог мои дорвутся и напьются. Тем не менее велел занести к себе в дом. Авось без разрешения не тронут.
— Свататься что-ли едите? — Уточнил я раздумывая.
— Не — е, наперёд на смотрины. Еже по нраву придутся девки, ино через срок засватаем.
Хоть и трудно понять, в чём разница между двумя мероприятиями и почему их разделили, спрашивать всё-равно не стоит. Невежество показывать перед народом правителю не к лицу, а проводить надо. Это теперь наша прямая обязанность охранять людей, проживающих поблизости. Тем более и товарищам надо повидаться с родными, захватить от мамок провианта. Предыдущая-то порция гороха заканчивается, а местные княжеские закрома пока пустуют, житница сохнет.
— Малёк, Еремка, ворота запереть, никого не пускать, оружие держать наготове, караулить неусыпно.
Подумалось, что двое парнишек вполне должны справиться. Стены высокие, ров глубокий, ворота крепкие, двойные. В крайнем случае зажгут большой дымный костёр из мусора. Деревня сравнительно недалеко. Мы увидим и примчимся на помощь. Если вдруг настоящее войско нападёт, то в крепости даже всей дружиной не устоять, а от двух десятков бандитов мальчишки отобьются стрелами. Луки им оставили боевые, хорошие, конфискованные на ладье. Стреляют пацаны тоже чуть ли не лучше всех. Мне же в чистом поле каждый всадник на вес золота. Когда бы не четверо доспехов, я бы ещё сто раз подумал: "Справимся ли?" В броне же, наш отряд и вчетвером разогнал бы разбойников. У татей доспехов-то нет. Душегубы — простые мужики, не воины и сражаться умеют только из-за угла, со спины.
