Кабаны… Это не то что жирных и неповоротливых домашних свиней резать. Самому мне, конечно, на них охотиться не приходилось, кто подростка возьмет на такое опасное дело? Но шкуры туши и клыки мертвых зверей я пару раз видел, и даже некомплектные, они внушали уважение.
К тому же в отличие от зайца или глухаря, кабан будет отбиваться. И мне уже приходилось видеть, что случается с людьми, попавшими под удар его длинных клыков. Да и о копытах забывать не стоило. Вспомнить дядьку Захара того же, у которого рогатина напора не выдержала: живот распорот, грудь промята, ребра все переломаны…
– Я проверю кое-что, место поищу для засидки, так что без меня идите, – продолжил тем временем Игнат. – Если часа через три не приду, спать ложитесь, сам разбужу.
Он снова развернулся и отправился обратно в лес. Мы же принялись собирать железо. Я посмотрел на парней, пытаясь оценить их реакцию. По Ромке, как обычно, нельзя было ничего понять, а вот Пашка выглядел, как человек, который изо всех сил старается скрыть радость.
– Ну, что думаете, парни? – спросил я у них, когда мы стали крепить края навеса к помосту, чтобы дождь не попадал, да и дикие звери не лезли.
– На кабана пойдем! – прорвало, наконец, Пашку, который радостно заулыбался во все зубы. – Настоящего зверя добудем, а не этих зайцев! Это же здорово!
– И опасно, – заметил Ромка. – Секач весит как мы все втроем вместе взятые, а клыки у него… Да и матки тоже не беззащитные. Любого из нас свинья снесет, если замешкаемся.
– А за меч браться не опасно? – усмехнулся Пашка. – Сражаться не опасно? Игнат ведь поэтому нас на кабанов и тащит, чтобы мы к опасности привыкли. Чтобы не боялись. А какая разница, кто тебя убивать идет – дикий кабан или враг?
– С врагом даже опаснее, – пожал я плечами. – Враги умные и хитрые. А кабан – это свинья и есть, что у нее в голове вообще может быть. А в целом я с Пашкой согласен, старик зря ничего не делает. Раз решил идти охотиться на кабанов, то, значит, что-то задумал.
– С людьми опаснее, – согласился со мной Роман. – Но это когда еще будет? А на кабанов нам уже сегодняшней ночью идти.
И чего он так осторожничает? Неужели трусит просто?
По лицу Пашки я понял, что ему в голову пришла такая же мысль, и он уже раскрыл рот, чтобы высказать ее вслух. И дабы не дать ему ляпнуть что-нибудь обидное, пришлось отвлекать внимание на себя.
– А с чего ты решил, что это нескоро будет? – буквально прокричал я, чтобы завладеть вниманием своих приятелей.
Сработало. Обидные слова застряли у Пашки в горле, да и Ромка явно удивился. Оба посмотрели на меня такими взглядами, будто подозревали, что я знаю то, о чем они не в курсе.
– А что, Игнат тебе что-то говорил? – спросил у меня Павел.
– Да почему говорил-то сразу, догадаться несложно, чего мы тут ждем. Осень заканчивается, дороги все размыло, и никуда мы сейчас уехать не сможем. Если только по Навле в Десну, но по Десне придется против течения плыть, да я и не уверен, что он нас собирается в Брянск вести.
– А куда же еще? – не понял Пашка.
– А мне-то откуда знать? – посмотрел я на него таким взглядом, чтобы все сразу было понятно. – Старик передо мной не отчитывается. Но недели через три уже конкретно похолодает, распутица закончится и можно будет ехать. А на кабанов он нас повел, потому что нам в дорогу мясо нужно.
– Охотиться и по дороге можно, – заметил Павел и тут же поправился. – Но, время это, конечно, займет. Да и на морозе по лесам бегать…
– Солонина недели три готовится, – задумчиво протянул Роман. – Хранить ее в холоде полгода можно, а то и год. Похоже, что прав ты, Олег. Значит, собираемся куда-то скоро?
– Видимо, так.
– Ну, наконец-то, – заявил Пашка. – Сколько можно здесь сидеть. А так – мир повидаем. Себя покажем, – он резко выхватил топор, махнул пару раз, имитируя отвлекающие замахи и всадил лезвие глубоко в столб, туда, где из-за кучи зазубрин уже не было видно угольную метку. Глубоко вдохнул и улыбнулся. – Хорошо-то как.
– Вот тебе и дрова рубить, раз ты так топором махать любишь, – заявил я. – А мы с Ромкой воды натаскаем пока для бани. Пошли уже, сколько можно тут торчать?
Возражений ни у кого не имелось. Проверив, не оставили ли на площадке ничего нужного, мы направились обратно в гору, готовиться к первой в нашей жизни охоте на крупного зверя.
Пару часов мы потратили на то, чтобы заточить рогатины, метательные копья и подправить топоры. Потом приготовили еду, пообедали, и пошли мыться в бане, а когда старик разбудил нас, долго натирали чистую одежду полынью, чтобы начисто отбить человеческий запах. Только после этого отправились к месту, где Игнат видел семейку кабанов, укрылись в редких и уже пожухлых зарослях и принялись ждать.
