– Это уж точно, – кивнул наемник. – Да и для нас это что-то вроде общего съезда. Видишь, тут и дружки мои есть, с которыми мы уже не одну войнучку прошли. И наоборот, люди с которыми я в любой другой ситуации встречаться не захотел бы. Но сейчас-то мы, вроде как, все на одной стороне воюем, так что опасности друг для друга не представляем. Правда и тут всякое может произойти.
Он сделал небольшую паузу на то, чтобы влить в себя еще пива, после чего посмотрел на меня тяжелым взглядом и спросил.
– А теперь ответь-ка мне, Олег, на еще один вопрос. Правду про тебя говорят, что ты Кирилла Орловского сын? Мол, что княжич Аурел потом и осадил заставу, что собирался тебе за смерть отца отомстить?
– Про то, что он осадил заставу, чтобы мне отомстить, врут, – ответил я. – Тут дело в другом. Деньги ему были нужны, чтобы людей набрать, одеть и обуть, вооружить. Вот он и напал на Ямпольскую заставу.
– Так откуда на заставе деньги? – удивился Степан. – Там ведь кроме наемников, да нескольких селян, что паром обслуживали и нет никого.
– На самом деле, к тому времени, как Аурел пришел, на заставе успели уже и постоялый двор отстроить, ну и селян там прибавилось, даже небольшая деревенька рядом появилась. А деньги на заставе были, потому что я их заработать сумел.
– Это как? – Степан, похоже, никак не мог взять в толк, что можно было не только просиживать штаны на заставе, но и использовать это время для того, чтобы заработать денег. – Расскажи.
– Да просто все, – пожал я плечами. – Сначала я взялся караваны молдаван в Винницу водить, сам в товар вкладывался, ну и за охрану с них брал, конечно, по полной цене. Но потом понял, что дело это неблагодарное, и постоянного дохода принести не может, хотя какие-то деньги все же приносило. Ну а потом в голову мысль одна пришла. Я же не всю жизнь мечом махал, большую часть времени при матери работал, в лекарском деле ей помогал. Ну и лекарства знаю, в травах тоже разбираюсь. Вот я и купил на отложенные деньги перегонный куб, ну и другие вещи, конечно, стал лекарства готовить и продавать купцу одному в Виннице.
– И много заработал? – заинтересовался Степан.
– Поболее тысячи гривен вышло, – ответил я и сделал еще глоток из кружки. – Тысяча двести или около того.
– Ну ты горазд! – захохотал капитан наемников. – Надо же, из травы деньги сделать сумел. Может ты и не колдун, но воздух в серебро превращать точно умеешь. Надо бы мне поближе к тебе держаться, может тогда что-то и на нашу долю перепадет, как считаешь?
– Почему нет? – я улыбнулся. – Если не боишься с колдуном водиться, конечно.
– Да ну тебя, – махнул он рукой. – А все-таки на вопрос ты не ответил. Это правда, что ты сын князя Кирилла или нет?
А ведь я надеялся, что у меня получится завернуть разговор, и он от меня отвяжется. Нет, не хотелось мне на этот вопрос отвечать, но выбора все же не было, разве что прямо сейчас встать и уйти, правда, это оскорблением будет, а я надеялся со Степаном хорошие отношения поддержать. А потом, может быть, и нанять его, когда сам обратно в Пять Княжеств направлюсь, чтобы отцовский престол себе забрать.
– Ну а чего ты ждешь, что я тебе отвечу? – посмотрел я на него уже серьезно. – Ну да, так и есть, хоть я и сам не до конца в это верю. Кто тебе об этом рассказал-то, ведь не так много людей об этом знают?
– Слухи пошли уже, – ответил Степан. – Рассказывают, что именно потому Аурел в Ямполь и пришел, а про серебро твое ничего не говорят.
– Ну и хорошо, что не говорят, – пожал я плечами. – Значит, оно целее будет. А на самом деле все не так было, Аурел узнал, что я сын князя Кирилла, только перед самой смертью. Он с оставшимися людьми в деревне укрылся в одном из домов. Владуц мне показал в каком доме Аурел сидел, а я просто пошел, да вызвал его на поединок.
– И он пошел?
– Пошел, он действительно за отца своего отомстить пошел. Кстати, боец он серьезный оказался, наверное, из всех, с кем я за свою жизнь дрался, этот был ближе всех к тому, чтобы меня на тот свет отправить, – я улыбнулся. – Но в целом ничего, справился.
– Ну еще бы, он же княжич, его с детства драться учили, наверняка, – Степан усмехнулся, но вдруг стал серьезным и посмотрел на меня. – А тебя-то, получается, почему с детства не учили? Как так вышло, что ты с матерью-лекаркой рос, а не при дворе, и не среди дядек, да учителей?
– Если бы я сам знал об этом, Степан, – я выпил еще пива, облизнул губы и покачал головой. – Если бы я при дворе рос, то я сейчас не тут сидел бы, а в Орле, на троне княжеском. Незаконнорожденный я сын, стало быть, и отец меня признавать то ли не захотел, то ли просто не успел. И прав, если подумать, у меня на княжеский престол-то и нету. Другое дело, есть ли они у наместников, которые вместо того чтобы Пять Княжеств единой страной оставить, пытаются их на свои вотчины растащить?
– Вопрос сложный, – покачал головой капитан наемников. – Так сразу даже и не ответишь.
