Камнеметы, наконец, навели на ворота. Рабочие снова принялись крутить маховики и тянуть за рычаги, натягивая громоздкие конструкции. Ну, по два выстрела они отстреляли, так что теперь вряд ли развалятся. Все-таки если розмысл делал все по уму, то эти осадные махины должны быть построены с огромным запасом прочности. Сколько камней им придется отстрелять по стене, прежде чем она начнет разваливаться? Вот вот, я даже представить боюсь.
С другой стороны, камнеметов построили несколько, а, значит, обстрел пройдет быстрее. Но так или иначе несколько дней нам предстоит наслаждаться скрипом осадных машин, да звуками попаданий валунов в крепостные стены.
В дозор попроситься что ли… Надоест ведь одно и то же слушать, хуже смерти. Лучше уж тогда в полной тишине сидеть, хотя как раз-таки полной тишины в воинском лагере никогда не бывало. Люди постоянно разговаривали между собой, кто-то точил оружие и правил броню, где-то булькала вода в котлах, когда готовили похлебку, а иногда и были слышны звуки драк. Пока только тренировочных, конечно, Бог миловал.
Ладно, наоборот нужно своих усиленно готовить. За обстрелом ведь штурм пойдет, а там все будет от нас зависеть. Остается только надеяться, что никто из моих людей не умрет. Да, до сих пор нам везло, ведь мы не потеряли ни одного человека, но кто знает, чем это может обернуться.
Тренироваться нужно. Ну и на Бога надеяться, конечно, что милует. Пока что миловал, как дальше будет, только в его воле все.
Рабочие снова покатили валуны в большие кожаные пращи камнеметов. Да, если эти штуки в надвратную башню попадут, я не завидую тем крымчанам, что на них дежурят, и не хотел бы оказаться на их месте.
– Боярин Лука, – снова я повернул голову к своему ближнику. – А какие еще осадные орудия бывают? Не только же камнеметы есть?
– Я помимо камнеметов еще и стрелометы видел, – ответил Лука Филиппович.
– Стрелометы? – спросил я. – Это как так?
– Ну, как самострелы наши, только большие, – принялся пояснять боярин Лука. – В человеческий рост в длину, и на станках. Только они не совсем осадные как бы. Их можно и просто на стенах держать, чтобы отбиваться сподручнее было. В Орле ты на стены детинца не залезал?
– Да, как-то не приходилось, – ответил я.
– Так вот, там как раз такие стоят, – продолжил Лука Филиппович. – Большие махины, к ним расчёт идёт из трех человек. Кто-то стрелу накладывает, кто-то натягивает… Болт такой шибко далеко летит, и осадный щит пробивает легко, вместе с тем, кто за ним стоит. А может и расколоть даже, так что развалится этот щит.
– Однако, – подивился я такой мощи.
– Еще такие против ладей хорошо использовать, ну и против малых лодок тоже, – добавил боярин Лука. – Особенно, если болт с огнем будет. Он ведь в дерево глубоко входит, может и пробоина получиться, а уже если загорится… Да, если крымчане Херсон удержат, а потом и на берегу такие поставят, то ни одна купеческая ладья, налог не заплатив, мимо не пройдет. Этого купцы и боятся на самом деле.
– Кто же крымчанам эти машины построит-то? – спросил я. – Сами-то они явно не смогут, иначе еще до нашего прихода эти штуковины соорудили б, да на стены поставили. Время у них было.
– Найдут кого-нибудь, – пожал плечами Лука Филиппович. – Ну или наймут. За деньги-то много кто согласиться может. Хотя, что-то мне подсказывает, что не судьба крымчанам кусок большой земли получить. Откусить-то они его откусили, а проглотить уже не смогут.
– А мы им еще и зубы выбьем, чтобы впредь кусаться было нечем, – кивнул я.
– Ну не мы, – усмехнуся боярин Лука. – Мы-то в Крым не пойдем. Или ты передумал?
– Не передумал, – покачал я головой. – Я и Анастасии обещал, что мы ее в Киев доставим, да и вообще. Интересно же, что там Григорий для нас придумал.
– Думаю, вернемся мы в этом году в Пять Княжеств, – ответил Лука Филиппович. – Другое дело, что, как мы вернемся. Да и дело к осени пойдет, а воевать в распутицу такую, что и ни лошади, ни пешие не пройдут… Разве что на ладьях передвигаться, а у нас ни ладей нет, ни опыта, как с них воевать…
– Это мы упустили, конечно, – кивнул я. – Одна радость, наместичьи войска тоже все больше обучены верхами воевать, а не на ладьях.
– Зря ты это думаешь, – остановил меня боярин Лука. – Новики-то, может, и да, а старый костяк дружини по-разному обучен, всему почти. А еще у наместников ладьи есть, пусть ладейной рати и нет. Да и у купцов они их отобрать, если что, могут. А нам-то их брать негде.
– Если тот же самый Григорий не даст.
– Вот на это я на твоем месте не рассчитывал бы. Он, конечно, обещал помочь, но все равно: одно дело слухи там распустить, и все такое, а совсем другое – ладьи выдать, да еще и с гребцами, потому что из наших почти никто грести не умеет. Мои могут, да старики, а новики-то…
– Так, ты про осадные орудия рассказывал, – снова я обратился к боярину Луке. – А какие еще бывают?
