Не знал сколько проспал князь Миргородский с улыбкой на устах. Да только когда глаза открыл – в опочивальне светло и тихо. И пусто. Пошарил по кровати – нет ее! Подавил мгновенно вспыхнувшее раздражение – а кто сказал, что легко будет? Сам натворил дел – самому и расхлебывать.
Оделся наскоро и вышел вон. У стражников, что двери охраняли, спросил – куда гости делись? Воины из личной гвардии сообщили, что княгиня Дивляна со служанками увела женщин к себе в покои. А княжич Джанибек в свои комнаты сам ушел. Что ж – не уехали и ладно. Баяли, что утреничать будут – добавил один из воинов. Молодец, матушка – ко всему руку приложит, ничего, что в хоромах творится, мимо нее не пройдет. Все повернет в свою пользу.
Наскоро, будто юнец, что на первое свидание спешит, умылся князь у себя в покоях, щетину многодневную сбрил, рубаху выбрал понаряднее да быстрым шагом в сторону малой трапезной направился. А где ж еще дорогих гостей потчевать?
И впрямь – там все оказались. Зашел – и сердце удар пропустило. Сидит зазноба его подле брата, княгиня – напротив, на свое место села – по правую руку. Рядом с Дивляной – Драгомир с женой. Да только никого он кроме Тамирис не видит. Красива так, что душа замирает. А она мимолетный, равнодушный взгляд на него бросила и глаза опустила. Кольнуло его, да только никто не обещал, что легко будет. Заметил он, вид ее усталый, будто даже осунулась. Но ничто и никто ее красы не испортит. Ни сейчас, ни потом – самая лучшая она для него. Душа крылья расправила от одного ее вида. Вошел, быстрым шагом к столу направился, а там уже и слуги тарелки молниеносно расставили, чтоб князь себя незваным гостем не чувствовал.
- Приветствую, гости дорогие. Матушка, - склонился и почтительно поцеловал мать в щеку. А сам тут же взгляд перевел и улыбнулся, – любимая! Как здоровьице?
Вскинула Тамирис на него взгляд сердитый – да как он смеет! - и глаза опустила. Джанибек хоть и губы недовольно поджал, но смолчал. А зазноба его приборы отложила, будто враз аппетит пропал. Бросил Велеслав взгляд и заметил, что обручья на руке нет. Сняла. Нахмурился, но смолчал. И правильно, что сняла – княжье он ей наденет, заместо побрякушки!
Присел невозмутимо на место свое, во главе стола. Беседовать начал на общие темы с волхвом и матушкой, втягивая в разговор валорцев. Но если Джанибек был вынужден поддерживать беседу, то его сестра отвечала коротко и неохотно.
С неудовольствием заметил, что так и не притронулась она к еде, с тех пор как он пришел в трапезную. Только взвару несколько глотков сделала. Еще не хватало, чтобы голодом себя сморила! И так не пойми в чем душа держится.
- Ты бы, милая, поела как следует, - ласково заметил князь, - или скажи – чего душа желает, все для тебя сделают. А опосля застолья – побеседовать с тобой хочу.
Вскинула она на него холодные глаза.
- Думаю, это лишнее. Нам не о чем говорить.
- А все ж таки выслушай! Прошу, - добавил мягче, оглаживая взглядом. Тами, словно почувствовав, нервно передернула плечами.
- Если позволишь, князь, я бы хотел первым переговорить с сестрой, - вмешался Джанибек.
Не изменился Велеслав в лице, власть обязывает скрывать эмоции. Лишь посерьезнели глаза. Впился он взглядом в валорца – что замышляет? На чьей стороне? Ежели близок к сестре, то сможет убедить ее или повлиять на решение. Вот только в чью пользу?
- Думаю, это хорошее решение, - заметил Драгомир. Одного короткого взгляда меж друзьями достаточно было. Успокоился князь, кивнул, соглашаясь.
- Добро. Пусть так и будет. Матушка, какие нынче новости? Пока мы… отсутствовали.
Ну надо же какую фразу подобрал! Тамирис едва не зарычала. Ценой невероятных усилий удалось удержать лицо и даже мимолетно улыбнуться княгине. Ибо то и дело натыкалась на внимательный взгляд глубоких синих глаз. Один в один похожих…. О, Небо, как можно было быть такой слепой! Не догадаться, что столь необычный оттенок и взгляд с поволокой может принадлежать только родственникам! Все было так просто, как два плюс два!
У валорки с самого пробуждения было плохое настроение и ничто не могло вернуть его вспять. Мало того, что она пришла в себя, о, как стыдно! - в постели с синеглазым предателем. Едва не придушила его, когда увидала нагло и мирно спящего рядом. Еще и рука дурацкая потянулась, чтобы привычно огладить заросшую щетиной щеку. А потом накатили воспоминания… Злые холодные глаза и безжалостные слова, что резали похуже зазубренного кинжала. Обида поднялась к горлу удушливым комком. За что?!
Тами попыталась отползти подальше от мужчины и вдруг услышала знакомый шепот. Ох, счастье какое. Но откуда?
- Надин?! – присела на кровати и оказалась в крепких объятьях подруги. - Ты как здесь?
- Меня привез твой брат, госпожа. Вместе с белоголовым колдуном, - торопливо прошептала та.
Ну, разумеется! Куда без вездесущего Драгомира!
