Княжна Дубровина полностью

— Нѣтъ, прошу васъ, я ничего не понимаю, слишкомъ молода и управлять не берусь. Прошу васъ попрежнему заниматься моими дѣлами. У меня есть и другая до васъ просьба. Дайте мнѣ денегъ, онѣ мнѣ необходимы для отъѣзда. Я до сихъ поръ никогда не имѣла въ рукахъ ни единаго гроша. Мнѣ не давали даже карманныхъ денегъ. Такъ жить очень скучно… Я чтобы подать въ церковь или бѣдному должна была просить мелочи.

Генералъ взглянулъ на сестру и покачалъ головой укоризненно.

— У нея всего было съ излишкомъ, сказала Варвара Петровна.

— Это правда, подтвердила Анюта, — но теперь мнѣ надо денегъ для жизни въ деревнѣ.

— Несомнѣнно. Нынче вечеромъ ты ихъ получишь, Кромѣ того, тебѣ надо экипажи: карету: коляску, лошадей. Тамъ ничего нѣтъ, тамъ тридцать лѣтъ никто не жилъ. Я прикажу, всё будетъ куплено и исправлено.

— Дядя, сказала Анюта, — я давно желаю ѣздить верхомъ. Мнѣ хотѣлось бы имѣть смирную верховую лошадь, и для братьевъ также. Ихъ двое, и кабріолетъ или панье въ четыре мѣста, для тетушки и сестрицъ.

Генералъ засмѣялся:

— Всё будетъ. Cela ne souffre aucune defficueté!

— Къ чему это верховая ѣзда? дѣло не дѣвичье, сказала Варвара Петровна. — Отецъ никогда намъ этого не дозволялъ.

— Отчего же? Нынче всѣ ѣздятъ верхомъ, а въ Петербургѣ всѣ Высокія Особы. Я считаю que c'est très convenable. Лошадь будетъ смирная. Еще слово: мы все желаемъ, чтобы ты взяла съ собою миссъ, миссъ… какъ ее зовутъ, Англичанку?

— Миссъ Джемсъ; если это вамъ угодно, сказала Анюта, — я съ удовольствіемъ приглашу ее, какъ компаніонку.

— Mais elle est vraiment charmante, сказалъ опять генералъ и подумалъ: «Она, это красоточка уходитъ изъ этого пустаго, темнаго, дома — уходитъ съ формами, а я бы на ея мѣстѣ убѣжалъ безъ оглядки». И онъ сходилъ по ступенямъ широкой лѣстницы напѣвая какую-то бравурную арію.

А Анюта взбѣжала на верхъ, позвала свою горничную, написала телеграмму и отдала ей.

— Послать сейчасъ! сказала она отрывисто.

— Безъ позволенія тетушки я не смѣю, отвѣчала Ѳеня.

— Отнеси къ ней, сказала Анюта.

Варвара Петровна не взяла телеграммы, не взглянула даже на нее и сказала коротко Ѳенѣ:

— Послать.

Телеграмма состояла изъ нѣсколькихъ словъ:

Цѣлыя двѣ недѣли жила Анюта, чувствуя каждый день болѣе и болѣе, что нетерпѣніе увидѣть опять своихъ заѣдало ее. Положеніе ея въ домѣ тетокъ совершенно измѣнилось; изъ ребенка, которымъ управляли Варвара Петровна и миссъ Джемсъ неограниченно, она сдѣлалась вдругъ молодою дѣвушкой, располагавшею своимъ временемъ и отчасти своими поступками. Она писала письма къ дядѣ и Машѣ, получала отъ нихъ отвѣты и никто не дотрогивался до ея писемъ. Она могла посылать Андрея по своему усмотрѣнію и приказать въ домѣ все, что хотѣла. Въ рукахъ ея, думала она, столько денегъ, столько денегъ, что она никогда не сумѣетъ ихъ истратить. Генералъ Богуславовъ прислалъ ей съ управителемъ шесть тысячъ.

Управляющій съ низкими поклонами объяснилъ, что ему приказано отъ опекуна генерала Богуславова доставлять всё немедленно по первому приказанію ея сіятельства. Говоря съ управителемъ, Анюта внутренно была чрезвычайно смущена и робѣла, но употребила всю свою волю, чтобы не обнаружить своего замѣшательства. Это вполнѣ удалось ей, и управитель вынесъ такое впечатлѣніе, что княжна хотя и молода, но видно, что у нея голова и своя воля. Говоритъ вѣжливо, но кратко и опредѣлительно. Да, будетъ настоящая госпожа! заключилъ онъ свои размышленія.

Прошелъ и май, какъ все проходитъ на свѣтѣ, и Анюта получила депешу, что завтра въ десять часовъ утра Долинскій съ семействомъ пріѣдутъ въ Москву.

Анюта встрепенулась какъ застигнутая врасплохъ птичка. Сердце ея забило тревогу, будто она каждый день не ждала этой телеграммы. Она тотчасъ вскочила съ такою живостію, что миссъ Джемсъ удивленно посмотрѣла на нее и не могла не промолвить тономъ дружескаго упрека.

— My dear! my dear!

— Папа пріѣзжаетъ завтра, сказала ей Анюта по англійски. На этомъ языкѣ она всегда звала папочку: папа.

Анюта позвонила.

— Максима, сказала она съ нетерпѣніемь вошедшей Ѳенѣ. — Что же ты стоишь, Максима дворецкаго! Замѣтивъ сама, что говоритъ поспѣшно, Анюта постаралась успокоиться.

Вскорѣ пришелъ и дворецкій.

— Максимъ, сказала ласково Анюта, — завтра въ девять часовъ наймите лучшую карету, слышите, лучшую, съ хорошими лошадьми и лакея, очень хорошаго лакея…

— Развѣ у насъ ихъ мало, ваше сіятельство, сказалъ Максимъ, — что нанимать приказываете.