— Я готова вам уделить своё время, Алексей Петрович. Надеюсь, вы уложитесь в отведенные полчаса? Я тороплюсь, император не любит ждать.
— Конечно, конечно, ваша светлость. Мы вас надолго не задержим.
К нам подъехала коляска с открытым верхом, Жорж не отходил ни на шаг, помогая взобраться в коляску и сел рядом, напротив сел мэр и его заместитель барон Задольский.
Коляска тронулась по расчищенной от людей площади выезжая на дорогу, Малаша осталась с двумя охранниками у портальной арки, остальные четверо последовали следом за нами. И честно сказать я была этому рада. Хранитель мне помог вывести мэра и его компанию на чистую воду, но они ведь ещё могут что-то замыслить, чтоб меня затормозить. И вообще нужно повнимательней присмотреться к мэру и послать за ним следящего, что-то мне он совсем не нравится.
Бегающие глазки мэра, всю дорогу и невнятное бормотание с отговорками не особо меня прельщали. Мне хотелось разобраться с ним быстро и не терять драгоценного времени. С каждым дальнейшим движением колес коляски я все больше задавалась вопросом: почему граф пытался меня затормозить? Он же мой поданный и наоборот должен радеть за княжество, в котором проживает, так почему он вставляет палки в колёса княжне? Или ему элементарно заплатили за это? Или пообещали что-то такое, о чем он мечтал? И во — вторых, кто смог бы это сделать? Может я чего-то не знаю, и моё опоздание во дворец может как-то негативно отразиться не только на мне, но и на всём княжестве?
К счастью, дом мэра располагался не так далеко от площади и минут через десять мы подъехали к трёхэтажному особняку в стиле барокко. Резные колонны, поддерживающие верхнюю балюстраду, лепнина по всему зданию и каменные статуи стоящие по углам здания, по виду напоминающие огромных гарпий. Вокруг дома располагался парк с цветущими клумбами и фонтаном перед входом. Всё было красиво и богато, в глаза бросалась роскошь и достаток здесь живущих.
Жорж помог мне выбраться из коляски, мэр уже поджидал рядом, постоянно раскланиваясь и пытаясь ухватить меня за руку. Пришлось мне спрятать свои конечности в складках юбки и сжать в кулаки, чтобы «случайно» не заехать ими по физиономии мэра. Достал уже он меня изрядно, хотелось пустить в ход магию и приморозить этому хлыщу хвост, а может и поджарить.
Перед нами распахнулись двери особняка, дворецкий низко поклонился, мэр скакал впереди словно горный козёл и всё нахваливал себя и свой роскошный дом. Да дом действительно был роскошный, я даже засмотрелась на золоченные дверные ручки и канделябры, похоже зарплату мэр себе начисляет раза в три больше договорённой. Мне не было нужды отвечать на его похвалы самого себя, и я лишь качала головой на все его высказывания.
Услужливые слуги проводили нас в уютную гостиную, светло-желтых тонов, на столике уже стояли чашки с чаем и всевозможные сладости. Мэр готовился причем заранее, и что-то у меня закралось подозрение, что кто-то в мом поместье любит много болтать. Ну, хорошо, вернусь обязательно разберусь с эти говоруном!
Мне предложили сесть на небольшой диванчик, и всучили в руки чашку с чаем. От такой наглости я лишь хлопала ресницами, удивляясь нахальству мэра. И вот, когда, наконец, все расселись и держали в руках фарфоровые чашечки, начался главный акт этого спектакля.
— Дорогая моя София Владимировна, позвольте мне с великой радостью приветствовать вас в моём скромном жилище.
Я чуть чаем не подавилась, который всё-таки решила немного отпить, потому как в горле пересохло. И этот шикарный особняк он называет — скромным жилищем? Да у меня терем скромней выглядит! Схватив салфетку, я поднесла её ко рту, вытирая губы и перевела возмущенный взгляд на мэра, который, не замечая моей реакции продолжал нести очередную хвалу себе любимому.
— Я, конечно, понимаю, что такая великолепная леди, как вы достойна гораздо большего. Но я со своей стороны готов вам предоставить всего себя.
Поверенный от такой выдающейся речи, пристально уставился на мэра, качая головой. Тот же в свою очередь даже не смутился присутствующих свидетелей и продолжал окрыленный вдохновением.
— Я покорён вашей красотой и благочестивостью, а потому готов стать для вас самым преданным мужем, вы моя дорогая нисколько не пожалеете о своём выборе!
При этом он схватил мою руку и начал буквально её облизывать, от чего мне стало противно, а от его влажного языка, касавшегося моей кожи, затошнило. Едва я вырвала свою руку из загребущих лапок мэра, как на мне вспыхнул камень в подвеске. Мэр чуть замялся и упал на колени.
— Что вы себе позволяете? — Вопросила его, сдвинув гневно брови. — Вы просили о важном разговоре господин Жаров! И речь шла насколько я помню о делах княжества! Вы специально решили меня задержать у себя, чтобы я впала в немилость у государя? — Подскочив и возвышаясь над коленопреклонённым мэром я просто пылала от бешенства.
— Ваша светлость, простите меня грешного! Я так долго скрывал от вас свои чувства, я решил, что вы благосклонны ко мне раз позволили себе меня навестить.
