— Какая вы красивая, ваша светлость! — Восхитились своей работой горничные. — Ваш жених будет в восторге. Ему весь вечер придутся отгонять от вас ухажёров.
— Ему полезно немного понервничать. — Рассматривая себя и не себя одновременно, в огромном зеркале, ответила девушкам.
Цветочный аромат духов, нанесенный на шею и запястья, окружил сладким коконом, заключая всю меня в кокон.
— Спасибо, девушки. — От души поблагодарила горничных, — Можете быть свободны, идите отдыхать. Вы поработали на совесть.
— Не за что, ваша светлость, нам было в радость вам помочь.
Горничные ушли, унося с собой шум и разговоры, оставив меня в одиночестве взирающую на себя в зеркале. Без четверти пять, в комнату постучала тётя, леди была одета в элегантное бальное платье глубокого сапфирового цвета, оттеняющее её глаза. Замысловатая прическа была украшена диадемой, один непослушный локон спускался на обнаженное плечо, придавая тете кокетливый вид.
— Ты обворожительна, София! Так похожа на мать. — Воскликнула леди Аделаида.
— Спасибо, тетя. Вы тоже очень элегантны.
— Идём, дорогая. Сегодня весь двор будет покорён тобой.
— Я бы предпочла остаться дома, вы же знаете, тётя.
— Дома ещё успеешь насидеться, милая. Бери от жизни всё, пока есть возможность. Ну, идём нам пора. Твой князь уже наверняка меряет гостиную в нетерпении.
— Тётя! — Я закатила глаза, на последнюю часть её реплики.
— Иди, иди. Твой он, чей же ещё? — Подхватив меня за локоток, тётя потащила вниз. Я лишь успела прихватить маленькую сумочку с дамскими побрякушками.
Я решила промолчать, всё равно на все мои возражения ответ будет один — он мой. Как женщина я, конечно, была очень польщена вниманием такого мужчины, как Данимир Греф, красивый, мужественный, обаятельный, но и упрямый, настырный, жесткий тиран, он совмещал в себе все качества, которые меня и привлекали, и отталкивали.
Властный, не поддающийся влиянию, он притягивал себе подобных, его аура притягивала и подчиняла слабых духом. Я пока не знающая сливки местного бомонда, даже не представляла, что будет для меня значить появление в его обществе на балу, призванном соединить пары в самую лунную и романтичную ночь этого мира.
Князь действительно стоял в центре холла, повернувшись лицом к окну. Одет был в парадный камзол главнокомандующего, на плечах блестели золотые эполеты, сам камзол был белого цвета, как и брюки. По лацканам вилась золотая вышивка, причудливо изгибаясь в завитки. Черные волосы падали на плечи, отсвечивая синевой, руки заложены за спиной, что не мешало ему держать царственную осанку.
При нашем появлении, он повернулся, следя за мной глазами. Зеленые глаза буквально пожирали каждую деталь моего туалета, скользили по обнаженным плечам, будто лаская. Вдоль позвоночника пронеслось стадо взбудораженных мурашек, на мгновение я замерла на верху лестницы, впиваясь взглядом в лицо князя.
Я была хороша, даже больше — великолепна и знала это. Приподняв подбородок и подхватив подол платья, начала неспешно спускаться в низ. Тетя шла сзади, и помалкивала, бросая украдкой довольные взгляды на князя и меня.
— София, — голос князя внезапно охрип и завибрировал, отдаваясь у меня в груди, — Вы прекрасны! — Он поймал мою руку, прикладываясь поцелуем к руке. — Леди Аделаида, вы великолепны. — Тётина ладошка тоже оказалась в руке князя, тётя зарделась словно девица, пряча блестящие глаза.
— Благодарю вас, князь. — Зарделась, как юная дева тётя.
— Мой экипаж в вашем распоряжении, леди.
Дворецкий набросил нам с тётей на плечи меховые манто и открыл дверь.
— Приятного вечера, ваша светлость.
— Благодарю, Борис Игнатьевич. — Я с грустью улыбнулась старому дворецкому и поспешила на улицу.
У крыльца стояла карета, запряженная четверкой чёрных, как смоль лошадей, высокие, стройные и сильные животные были прекрасны. Благородство проскальзывало в каждой мышце, в изгибе шеи, красивых больших глазах этих великолепных животных. Красавцы! Хотелось прикоснуться к темной блестящей шерсти, почувствовать пальцами силу, скрывающуюся под ней.
Я некоторое время просто любовалась ими, таких прекрасных животных мне ещё не доводилось видеть.
— Вам нравятся лошади, София? — Раздался рядом голос князя.
— Да, прекрасные животные и намного благородней некоторых людей. — Ответила, стрельнув взглядом на профиль князя.
— Вы правы, эта порода специально выведена мной, для этого пришлось многим пожертвовать, выкупая жеребца у Сахнарского султана. А после несколько лет упорной работы и результат налицо.
— Так вы сами занимаетесь разведением лошадей? — Я удивленно уставилась на князя, он об этих животных говорил с такой нежностью и любовью словно о собственных детях.
— Неужели я смог вас хоть чем-то удивить, моя драгоценная княжна? — В изумрудных глазах князя, проскочила смешинка и он, подхватив меня под локоток повел к открытой дверце экипажа.
— Лишь вашим отношениям к лошадям. — Сказала ему, устраиваясь на сидении рядом с тётей.
— К женщинам я отношусь лучше. — Усаживаясь напротив, заявил этот хам.
— Рада за вас, ваша светлость. Думаю, им повезло с вами.
