В штабе нас с Тимоном разделили, разведя по разным помещениям. Капрала же с его бойцами, как ни странно, отправили восвояси. Моего названного братца, полагаю, сейчас допрашивал пухлощёкий гном, меня же в оборот взял этот угрюмый плешивый очкарик орк.
Странная ситуация меня, конечно, напрягала, но пока что не ужасала. Нас ведь и не обыскивали пока, и даже разоружать не стали.
День нынче выдался пасмурный, и допросная комната, несмотря на раннее время, была погружена в полумрак. Зажечь свет угрюмый комиссар-майор не потрудился. Ему возле окна и так относительно неплохо было, а вот на меня, сидящего в центре комнаты на коряво сколоченном табурете, темнота действовала угнетающе.
Возможно, так и задумывалось. Ведь в настроении тайногвардейца явно ощущалась агрессивная неприязнь. Наверняка он хотел поставить меня в максимально неудобное и уязвимое положение.
— Всё зависит от честности твоих ответов. — Майор пристроил на краю стола какую-то картонную папку с жирно выведенной на лицевой стороне, прямо по центру, искажённой «дабл ю». Поправил стеклянные окуляры на носу и выложил перед собою чистый лист бумаги. Спросил: — И так, имя, фамилия, звание, должность?
Я выдал всё, как было велено, быстро и чётко. Майор, скрипя пером самопишущей чернильной ручки, неспешно накарябал мои данные на листке. Сухо продолжил:
— Причина нахождения здесь?
— Служебная командировка от верховного командования по медицинской линии с целью профилактической вакцинации личного состава. — Я похлопал себя по наплечной сумке. — Вот, всегда с собой лекарства ношу.
Орк на мгновение завис, задумавшись, а после сделал короткую запись, сократив мой ответ раз в несколько. Подозреваю, из-за незнания, как правильно пишется «профилактической» и «вакцинации». Ну да, присутствие очков не всегда подразумевает наличие интеллекта — иногда это всего лишь признак плохого зрения.
— Кто конкретно отдал приказ? — уставился на меня сквозь толстые линзы комиссар-майор.
Я продиктовал ему заученную назубок легенду, ответив после на вопросы и о родителях, и о месте рождения.
— Согласно подушной дворянской ведомости, высокий лорд каганата Пириус Фатоло, названный тобой в качестве отца, не имеет детей мужского пола, носящих имён, подобных твоему. Чем объяснишь этот факт?
— Я внебрачный сын и дворянином не являюсь, — пожал я плечами. — Я этого и не скрываю. Отец моё рождение не афишировал, но и тоже особо не скрывал. Можете спросить у моего сводного брата.
— Не сомневайся, поручик, спросим. — Зло зыркнул на меня майор. — И у брата спросим, и у отца, когда понадобится. Пусть он и высокий лорд. Ибо даже лордам их родовитость и высокий статус не дают право нарушать священные узы брака, тем более, смешивая кровь.
— Ну, во-первых, — соответствуя своему шпионскому образу, возмутился я, — отец уже был вдовцом, когда полюбил мою мать. А во-вторых, сам каган в своё время женился на гномке.
Тут спецы нашего комитета на славу постарались, выискивая среди столичной элиты вельможу, по всем параметрам подходящего на роль отца для нас с Тимоном. Нашли-таки весьма плодовитого лорда-вдовца с вполне соответствующей нашей легенде историей.
— Ты осуждаешь выбор кагана? — Резко наклонившись вперёд, Златовик с хищным прищуром глянул на меня исподлобья. — Считаешь, что своим браком с чужачкой он порушил устои и традиции предков?
— Кто я такой, чтобы оценивать решения правителя? — чувствуя, как лоб покрывается холодной испариной, еле нашёлся я.
Уж больно каверзным был вопрос. Вот он вывернул! Пойди тут угадай, какую игру ведёт этот очкарик хренов. Может, смуту вынюхивает, а может, его контора настолько окрепла, что готова копать не только под ближайшее окружение кагана, но и под него самого.
Могло такое быть? Да запросто. И, как я сейчас не ответь, осуждаю или нет, вероятность огрести за своё мнение немалые неприятности была очень высока.
Орк явно заметил, как я напрягся. И мой испуг, ничуть не наигранный, тоже увидел. Как говорится, Штирлиц никогда не был так близок к провалу. Не хватало мне ещё засыпаться на подобной ерунде. Я ведь не разведчик-профессионал и, если честно, подписываясь на всю эту авантюру, на такие серьёзные проверки не рассчитывал. Признаю, в очередной раз оказался дебилом.
Однако Златовик, похоже, расценил мою естественную реакцию на его каверзные заходы как вполне адекватную ситуации. Удовлетворённо откинулся на спинку стула и, отложив ручку, потарабанил костяшками пальцев по столу. Спросил:
— Как вы оцениваете обстановку на фронте?
Ну вот, новый поворот. Прямо как в песне.
— Это тоже вне моей компетенции, господин комиссар-майор. — Я развёл руками. — Я всего лишь простой полевой медик, привёзший сюда новое лекарство, одобренное экспертами и высшим командованием. Я не разбираюсь ни в политике, ни в методах ведения боевых действий.
