Потусив какое-то время вместе с орком, я оставил его в окружении очаровательных барышень, наседающих на моего приятеля со всех сторон и отнюдь не пугающихся его хищной пилорамы. Сам же, безоговорочно капитулировав, всё внимание уделил леди Амене, взвалившей на свои красивые плечики заботу о моём нескучном досуге. И даже ближе к окончанию вечера, перейдя в «бальную залу», несколько раз составил очаровательной гноме пару в танцульках, благо те оказались до нелепого просты и легки в исполнении.
Леди Амена сияла радостью, нежно щебетала о чём-то пустячном и буквально пожирала меня трепетным взором, однозначно дающим понять о благостном расположении и безудержно-страстном желании гномы одарить меня теплом нежной близости.
Я совершенно не был против. Господин Жменько, отправившийся, со слов леди Амены, до самого утра играть в карты с иными господами, меня совершенно не заботил. Этот напыщенный гном с огромным пузом и большим, похожим на рыхлую картошку, угреватым сизым носом, обдав меня при знакомстве волной надменного зазнайства и сильным запахом перегара, вызвал одну лишь стойкую неприязнь, совсем чуть-чуть не дотягивающую до отвращения.
Да и вообще, я всегда считал, что держи себя мужья в надлежащей форме и уделяй должное внимание своим жёнам, те не искали бы на свою задницу приключений, надеясь восполнить недостающий драйв с кем-нибудь на стороне. Хотя бывало, конечно, знавал я и дамочек, которых тянуло в чужую постель даже при мужьях, безмерно этих гулён любящих и всецело их опекающих. Но это, скорее, исключение из правил.
Леди Амена исключением явно не была, и мои иномирские флюиды, скорее всего, лишь поспособствовали нескрываемому стремлению гномы, плюнув на своего борова-алкаша, завязать интрижку. И ей отнюдь не составило труда очаровать меня, пленив своей обворожительной красотой и плещущейся во взгляде сексуальностью. Я даже и не подумал противиться желанию хозяйки провести для меня небольшую экскурсию по дому.
Понятное дело, сперва мы, покинув шумное сборище, вполне благопристойно бродили по анфиладам второго этажа. Держа под ручку тесно прижимающуюся ко мне леди Амену, я послушно следовал её указаниям направления, по пути без устали нахваливая изысканный вкус хозяйки, обустроившей столь роскошный и уютный интерьер.
Затем мы добрались до большого зимнего сада со сводчатой стеклянной крышей, под которой даже в нынешние морозы прекрасно себя чувствовали душистые можжевельники, туи, какие-то буйно разросшиеся экзотические кусты с огромными яркими цветами на шипастых ветках и даже невысокие пальмы с раскидистыми широколистными кронами.
Следуя за своей дамой и забредя по извилистым, засыпанным светлой каменной крошкой, тропинкам в самые дебри сада, я обнаружил, что целью нашего путешествия оказалась чудесная рукотворная полянка, меблированная несколькими кофейными столиками, забавными креслами-качалками и шикарным мягким диваном. Вот этот-то диван и приютил нас на какое-то время, позволив леди Амене безбоязненно и всецело погрузиться в мои объятия, а после и отдаться неудержимо поглотившей нас страсти.
Бессонная ночка начиналась бурно, а закончилась сумбурно. Ближе к четырём утра взвыли сирены, застрочили короткими очередями зенитные пулемёты и гулко забухали не очень далёкие взрывы, вызвавшие сильное дребезжание стёкол оранжерейного потолка.
Благо дело, мы с леди Аменой уже в волю натешились, выдохлись и просто отдыхали, развалившись на оказавшемся весьма удобном диване. Хотя бы не пришлось, прерывая интимное действо, соскакивать с гномы и торопливо натягивать портки.
С опаской поглядывая на грозивший осыпаться ненадёжный потолок, мы опрометью кинулись в дом. Царившая там суета помогла незаметно влиться в людской поток, спешащий к лестнице в подвал. Это огромное подземелье, частично переоборудованное под убежище, легко вмещало в себя всю гудящую, будто встревоженный улей, толпу и даже гарантировало некоторый комфорт.
Господин Жменько уже был тут. Несмотря на изрядно подпитое состояние, руководил размещением гостей, сердечно убеждая всех и каждого в полной безопасности убежища. Выглядел предельно комично, но старался как мог: тщательно растягивал рот до ушей, энергично жестикулировал и бесконечно кланялся, часто при том теряя равновесие.
Никаких взрывов и выстрелов здесь и впрямь слышно не было. Так что заверения хозяина, вкупе с активно подаваемым прислугой вином, совсем скоро возымели действие — народ успокоился и продолжил тусить.
Большинство мужчин, едва оказавшись в безопасности, разделились на группки и засели за настольные игры с разной степенью азарта. Некоторые дамы присоединились к ним, но остальные предпочли занять отдельное помещение, оккупировав мягкие диванчики и предавшись любимому развлечению в виде пустой болтовни и сплетен.
— Куда ты запропал, поручик? — увидев меня, тут же подскочил и раздражённо зашипел Вдырко. — Я, вон, с ног сбился, тебя разыскивая.
