— Это нарушение протокола, — нахмурив брови и не убирая руки от оружия, недовольно процедил сквозь зубы орк. — Комитет нас за такое…
— Да ты не переживай, — перебив его, встрял Златопуп, — не прознает про твоё нарушение никакой комитет. Патрон-то на меня зазря не трать. Я живым егерям не дамся. Одну пулю, — гном указал Тимону на кобуру с револьвером на поясе, — я для себя приберегу, даже если раньше со мной ушастые не справятся.
Тимон отвернулся и молча пошагал прочь. Я ещё раз попрощался с гномом, даже приобнял за плечи, наклонившись к нему, и поспешил нагнать своего сердитого названного братца.
Пошли, как и предложил Златопуп, вдоль гряды и прямо по склону в южном направлении. Примерно через сто шагов перешли на бег. Ненадолго — торить снег, пусть и по очереди, было очень тяжело. Опять же, бежать, когда одна нога постоянно выше другой на склоне, не очень-то удобно.
Вновь снизили темп, чтобы выровнять дыхание. Ещё пару раз ускорялись, чередуя таким образом изнурительный бег с относительным отдыхом прямо на ходу. Миновали, наверное, с полкилометра, когда позади началась перестрелка.
Эльфы добрались до Златопупа и долго возле него не задержались. Чуть больше десятка выстрелов и прозвучало-то всего.
— Прибавляем, — кинул мне через плечо идущий впереди Тимон и вновь увеличил темп.
Пришлось, мобилизуя остатки сил, скакать за ним галопом, дабы не отстать и не быть брошенным на этом дурацком заснеженном хребте. Мне почему-то показалось, что Тимон так и сделает в сердцах, едва увидит для этого повод. Таким на меня сердитым я его ещё ни разу не видел.
Второе дыхание категорически не желало приходить. Я уже весь взмок. Причём настолько, что пришлось расстегнуть и распахнуть пальто, а шляпу с давно расправленными полями сдвинуть на затылок. Ноги гудели от усталости, сердце вырывалось из груди, по лбу стекали струйки пота, а на висках активно пульсировали сильно вздувшиеся жилки. И ведь это я ещё налегке шёл, в то время как Тимон по-прежнему тащил на себе оба карабина.
Я жадно хватал воздух ртом, но его будто не хватало — никак не выходило надышаться. Хотя вроде и не на большой высоте мы по гряде передвигались. Еле дождался, когда орк сбавит скорость и вновь зашагает нормально.
— Тимон, — окликнул я его, когда более-менее оказался в состоянии разговаривать, — я вот что думаю. Златопуп мне рассказал про единственные известные ему новые военные разработки. Как я понял, речь шла о двигателе внутреннего сгорания. Или дизельном, или бензиновом, не суть. Я о таких знаю и думаю, что изобрести любой из них, как и линзы для лазера «Скорпиона», местные учёные могли сами. Возможно, наше начальство на этот раз ошиблось, и «прыгуны» тут никакой запрещёнкой, что могла бы повлиять на ситуацию, не промышляют. Да и в войска нам с тобой нельзя возвращаться, тайногвардейцы нас сразу повяжут. Мне кажется, пора подумать о том, чтобы вызвать за нами команду эвакуации.
— А мне кажется, — орк по-прежнему был сердит, — что ты излишне склонен доверять словам гнома. Не думаю, что он среди своих числится экспертом по вооружению. Это раз. Про то, что нас раскрыли, ты тоже узнал от Златопупа. Это два. Где гарантии того, что он не солгал и не работает на местную охранку?
— Точно, — подпустив в голос сарказма, проворчал я, — а Вдырко он для маскировки пристрелил. Глупости не говори. Витал перед войной инженером был и в технике разбирался. Опять же, в местных сплетнях лучше нас ориентировался. В общем, информацией куда лучше владел. А ещё знал, что долго живым не протянет. Зачем ему перед смертью нам врать?
— Даже если так, — не стал тут со мной спорить Тимон, — вызывать оперативную группу, чтобы забрать нас отсюда, нельзя, пока на хвосте егеря висят. Это ещё худшим нарушением станет, чем твоя неразумная болтовня с местными. Уйдём от погони, тогда и решим, как дальше быть.
Ещё примерно с час двигались молча. Гряда всё не заканчивалась, зато пошла немного на снижение. И склон казался чуть более пологим, а лес вокруг поредел и постарел — сосны стали выше и толще. Их плотные кроны, давно закрывшие небо, лишили горный склон подлеска. Не сказать, чтобы идти от этого стало как-то намного легче. Снежный наст по-прежнему мешал передвигать ноги, ужасно изнуряя.
Но орк, идущий теперь уже постоянно первым, не обращал внимания ни на свои раны, ни на мою усталость. Топал вперёд, как заведённый. Я понимал, что сейчас бесполезно просить его и настаивать на привале. Вот, стиснув зубы, и тащился следом молчком. Ног почти уже не чувствовал, так что контролировать приходилось каждый шаг.
Когда позади раздались выстрелы, а Тимон скакнул в сторону, прячась за ближайшую к нему сосну, я даже вздохнул с облегчением. Ведь наконец-то появилась возможность, бухнувшись в сугроб, передохнуть хоть немного и остыть. Понятное дело, ума хватило, чтобы тоже укрыться за деревом.
Странно, ни свиста пули над головой, ни звука попадания в ближайшие стволы сосен. Да и сам выстрел показался мне не слишком близким.
