К свадьбе в колдовских семьях относились довольно просто. Поскольку люди, одарённые сверхъестественными способностями (для них, впрочем, вполне обыденными), презирали религию с полной на то взаимностью, им не нужны были ни церемонии в церкви, ни венчания, ни священники: достаточно заключить устный договор, подтверждающий согласие двух влюблённых создать семью, и, в общем-то, всё. Те, кто жил открыто среди людей, нуждались в каком-никаком документе, но чаще предпочитали отводить глаза, пудрить мозги и применять другие распространённые чары по отвлечению внимания. Такие эпизоды, как знакомство с родственниками, одобрение родителей, хождение в гости и само празднество зависели от желания, настроения и актуальной погоды, не говоря уж о количестве означенной родни: Милош не мог избежать ни одного пункта, в то время как Адель и Берингар заручились поддержкой друг друга, и никому из сотен свидетелей не пришло в голову оспорить их решение или вмешаться иным способом. Впрочем, они тоже планировали тихое празднество, но всё откладывали его в силу обстоятельств, что никак не отменяло факта их союза: его не мог осудить ни Арман, ни Юрген Клозе, ни кто-либо из магов, находившихся тогда в замке Лавут-Полиньяк – последнем прибежище для магических собраний.
У Милоша родственников хватало – близких и дальних, живых и мёртвых, которых непременно нужно было пригласить с помощью праха и зеркал, чтобы не обиделись. Несмотря на то, что этим занимались родители и старший брат, он сбесился ещё на прошлой неделе, поэтому был в глубине души благодарен своим чешским приятелям за новую заварушку. Но то душа, предмет обсуждаемый и спорный! Телесная оболочка Милоша выругалась ещё десять раз и, резко повернувшись, хлопнула дверью.
– Пойду-ка я с ним, – решил Арман, поднимаясь со своего места. Всё равно он ничего не делал, а друг явно нуждался в помощи. Пани Росицкая благосклонно кивнула и снова склонилась над книгой рецептов и зелий, которую показывала Адель; сестра улыбнулась, и Арман неуверенно улыбнулся в ответ. Они ещё не выучились вести себя друг с другом заново и всё время откладывали этот момент. Сейчас, правда, ни места, ни времени… ни смысла. Проблема ведь в том, что проблемы больше нет, и к такому поди привыкни.
Арман выскользнул в коридор, стараясь не наступить на многочисленные лапы и хвосты, и решил обогнуть лестницу с дальней стороны – так больше шансов, что его не выловят из гостиной. Решение оказалось правильным вдвойне: из кладовой донёсся какой-то скрип, дверка отворилась, и в доме Росицких выросла высокая фигура Берингара. Следопыт осторожно убрал в нагрудный карман заколдованный ключ, закрыл за собой дверь и тут же увидел Армана. Очередная неловкость, подумал Арман и вместо приветствия воскликнул:
– Осторожно!
Берингар замер и осмотрелся, пытаясь понять, что именно «осторожно». Ему угрожали как минимум низкий потолок, высокий порожек, скопление котов на лестнице и возбуждённых чехов – в гостиной.
– Адель и пани Эльжбета на кухне, – сказал Арман. – Все остальные – в гостиной, а я пошёл за Милошем.
– Хорошо, – отозвался Берингар, никак не напоминая, что сейчас Арман уж точно не обязан ему отчитываться. Последнее время они работали вместе кое над чем и иерархия сохранялась прежней, что немало выручало их обоих. – Как ты думаешь, куда мне лучше…
– Мррряу!
– Прошу прощения, – со всей серьёзностью сказал Берингар, глядя вниз на кота. Тот немедленно потёрся полосатой спиной о брюки следопыта, оставив там не меньше трети своей шерсти.
– Без понятия, – честно ответил Арман. – Эву арестовали, и Милош пошёл её выручать… Не знаю, чем я могу помочь, но вид у него был немного… неуравновешенный.
Грубо говоря, выглядел Милош Росицкий как обычно.
Берингар решил пойти вместе с ним, и в этот раз Арман был искренне рад – вдвоём в малознакомом городе не так страшно. Не то чтобы он именно боялся, но всё вообще шло наперекосяк, почему бы не заручиться поддержкой? Да и Берингару вряд ли стоило выбирать между толпой чужих родственников с аллергией на всё германское и крепкой компанией из пани Росицкой и Адель. Если честно, ни брату, ни супругу, ни сыну – никому не следовало вмешиваться в их учения. Подожгут и не заметят!
Пани Эльжбета недавно начала обучать Адель тем самым колдовским тонкостям, которых ей не хватало, чтобы обуздать свои силы. Теперь сестра изучала то, чему всякую потомственную ведьму из хорошей семьи учили с рождения: иногда это радовало её, но чаще злило, поэтому Арман и сам искал повод убраться с кухни. Правда, теперь они с Берингаром оказались вдвоём на улицах Праги, не имея понятия, как помочь и что искать.
– Найдёшь его?
– Конечно, – Берингар принюхался, прищурился, отойдя на пару шагов от дома, и кивнул в сторону первой же кривой улочки. – Туда. Если бы я лучше представлял способности госпожи Эвы, я бы попробовал найти её саму, но, возможно, в этом нет нужды.
