Обычное исцеление магией есть ничто иное, как насыщение пораженного места определенным образом воздействующей силой. Она берет на себя все энергетические затраты, стимулирует деление клеток, подстегивает организм. Просто, примитивно, быстро и экономно. Есть последствия и противопоказания. Настоящий же акт восстановления — это колдовство совершенно иного порядка.
Первый акт. Допрос. Аналитическое заклинание, погружающееся в тело. Допрашивающее его о состоянии, которое оно помнит. Здоровье, целостность, сила.
Второй акт. Отсечение излишней информации, составление схемы-реверса воздействий, которыми подвергли тело и разум.
Третий акт.
К счастью, повреждения Онивабаши были смехотворны с точки зрения магии и физики, поэтому нашей с Асуми энергии и хватило. По сути, необходимо было бы и в сто раз меньше, если бы владел необходимой специализацией в магии лечения, но мне такие изыски никогда не были нужны. Почти всё, что мы набрали, ушло на голову Онивабаши, слегка подлатав и всё остальное.
Визуально, думаю, всё выглядело куда скучнее для той же Маны. Если в начале по помещению блуждали сильные ветра, от которых она отважно защитила Хайсо, то потом всё свелось к тому, что её полуголый муж встал, удерживая пульсирующую сферу энергии, подошёл к носилкам, замер так минут на десять, затем «пролил» сферу в Онивабаши, вспотев в процессе как мышь, а затем открыл глаза.
Чтобы тут же получить своей рубашкой в лицо.
— Одевайся, быстро! — каркнула бледная Асуми, стоящая посреди комнаты с трясущимися руками, — Сюда чуть ли не ломятся!
— Открывай, — тут же велел я, — Хайсо сейчас понадобится помощь.
Магия-магией, но она же вовсе не отменила лекарственный коктейль, бродящий по венам белоголового. Как на него отреагирует частично исцеленный организм — это уже не к нам. Как и методы, которыми Рио заткнет рты всем, кому надо.
…а он заткнет. Никому ведь не придёт в голову устраивать больному полное медобследование из-за таких мелочей, как выходка пары школьников?
— Кирью-кун, проходи, — встретил меня скупым, но гостеприимным жестом хозяин кабинета, — Рад тебя видеть.
— Добрый день, Коджима-сан, — укоризненно взглянув на Рио, протягивавшего мне стакан апельсинового сока с ехидной рожей, я прошёл в комнату, где меня ждал его отец.
Коджима Котару внешне отличался от своих довольно выдающихся по красоте потомков, но не в худшую сторону, а, скорее, претерпел своеобразную профессиональную деформацию. Он выглядел так, как должен был выглядеть один из альфа-хищников городского шоу бизнеса Японии — резкие черты лица, глубокие носогубные щели, тяжелый пронизывающий взгляд, спортивное подтянутое телосложение и, немалая редкость для японцев его возраста, полноценная черная шевелюра с редкими проблесками седины. В общем, этого было достаточно, что несмотря на всю темную репутацию этого человека, некоторые женщины набирались наглости и отчаяния настолько, что осаждали двери его дома. Сейчас он был одет в прекрасно пошитый деловой костюм, практически не отличающийся по фасону от моего.
Ко мне этот далеко незаурядный человек относился… хм, наверное, максимально лояльно, как вообще может отнестись к кому-то, не принадлежащему его семье. Тем не менее, это легко могло поменяться в разрезе последних событий.
— Возможно, ты догадываешься, почему я пригласил тебя на разговор, Кирью-кун, — не став тянуть время, проговорил мужчина, — Но, думаю, ты ошибаешься. Действительно, немного разобравшись с той чехардой, что вы устроили в больнице, у меня мелькнула мысль обговорить эту тему с тобой, очень
— То я бы пришёл, Коджима-сан.
— Вот именно, — не скрывая удовлетворения кивнул он мне в ответ, — А значит, говорить не о чем. По этой теме. Но у нас есть еще одна. Альянс Джакко. Не удивляйся, думаешь, кто снабжает Конго сведениями?
— Хотите сказать, что у нас общие интересы? — вежливо спросил я.
— Возможно, — кивнул сидящий за столом мужчина, — Возможно, лишь частично. Давай выясним? Предлагаю поговорить откровенно.
— Согласен, Коджима-сан.
