Из затемненного переулка, в нескольких метрах, выступил еще один человек, укутанный в черный балахон, в прорезях которого, присмотревшись, можно было узнать кольчужную полосу. А переплетенные с черными червями, золотые песчинки, лишь подтвердили опасную догадку.
Внутри разлилась страшная, инородная, воркующая тяжесть, как будто вытесняя все естество. Меня взяла мелкая дрожь, что понемногу переросла в припадок. Сложилось чувство, что в прослойку между кожей и мышцами залили целый океан кипящего масла. Сознание боролось до последнего, но я ощущал как стремительно, нехотя, оно меня покидает.
Ассасины, расступились, пропуская в круг фигуру.
Нарочито медленно подойдя ко мне, он сказал:
- Рад новой встрече, дитя...
Эпилог
Разлепив закисшие глаза, я грустно причмокнул пересохшими губами, ощущая внутри ротовой полости самый настоящий полигон, после ядерных испытаний. Самочувствие - никчерту.Будто по мне,пару-тройку раз,проехались бетоноукладчиком.
Комнатушка, крепилась к дирижаблю на правах груза, поэтому обстановка не баловала комфортом. Не сказать чтобы я был в восторге от нового места обитания, однако, надо быть реалистом, - все лучше смерти.
Так что похищение, оставляет хоть какие-то крупицы надежды на полноту дальнейшего текста, чем упование сказочным посмертием. Хотя, нынешнюю реальность я когда-то тоже считал бредом и сказкой.
Конечно, - перспектива не радужная. Однако из любой ситуации есть, как минимум два выхода. А подобные передряги, - еще как ситуативны. Просто более проблематичны.
Жив, и на том спасибо. А сложности я, в определенной мере, даже люблю. Пускай и не в таком виде.
Что бы там не рассказывали религиозные фанатики о переходах в райские пущи, либо дьявольские котлы, смерть это не прогулка от точки "А" до точки "Б". Это конец. Жирная черная точка, а не романтизированное троеточие, перед, предположительно, последним абзацем в ничто.
Присев я осмотрелся.
Помещение напоминало консервную банку, с претензией на одиночную камеруиликарцер. Первым делом, отметил прозрачный пол и стены, прошитые лишь серыми линиями стыков каркаса и чернеющим потолком. Для только что пробудившегося человека, - удовольствие сомнительное, несмотря на колоритный пейзаж мира.
Расположение дало возможность в полной мере насладиться пейзажем дождливых джунглей. Чем-то местечко вызывало чувство дежавю. Будто и здесь гражданская война астрантов успела пройтись широким шагом, перекраивая местность огромными шрамами, поглощенных зеленью, руин. Скелеты древних мегаполисов и боевой техники, не пережили испытания временем, оставив за собой только тени, из которых природа слепит свое творение. Если никто опять не решит побаловать себя рукотворностью.
Что успело отпечататься в сознании, на такой высоте, так это совершенная одичалость территории. Пышная, преимущественно кустистая, местность, имела неслабую предрасположенность к гигантизму.
Нескончаемые тропики свирепого леса и кустарников, контрастировали со слегка зеленоватым оттенком неба, что порождал догадки о крайне своеобразной атмосфере планеты. А один из спутников был настолько огромным, что его серый профиль обрамленный широким астероидным поясом, можно было в полной мере разглядеть даже днем и сквозь тучи.
Я успел увидеть непролазные кущи, распоясавшиеся мегатоннами пышной листвы; множество извилистых и мощных рек, избороздивших континент водоносными рукавами; десятки ничем не уступающих Ниагаре водопадов, что возвышались после каждой, мало-мальски значимой, ландшафтной неровности; бесчисленное количество совершенно сумасшедших расщелин и каньонов, эти самые ландшафты формировавших, и, наверняка, постоянно затопляемых выходящими из берегов водоемами.
На, плотнозаросших, верхушках то ли гор, то ли холмов, даже заметил поляну мерцающих, померанцевыми пятнами флуоресценции, грибов. Размером с пятиэтажку, каждый, они выстраивались подобно мегалитическим Стоунхенджам. Постоянно балуясь ударами молний, но не испытывая от этого никаких неудобств. Наоборот, - удовлетворенно подрагивали сияющими пузырями на, без сомнений, ядовитых, возможно даже хищных, шапках.
И по всему этому великолепию надрывно топтался страшный ливень. Дождь брал начало из тяжело нависающих, космато нахмуренных, туч. Безжалостно затоплял местность, а гром и, на удивление, частые молнии, словно конечные штрихи, довершали полотно.
Из местной живности, из-за неудобства дислокации, отметил лишь нескольких птиц в дали. Да какую-то разновидность летающих скатов, что точно так же обожали ловить молнии. Наверное, это какой-то, введенный эволюцией, вид спорта у здешней живности.
Как ни странно, - дирижабль даже не шатало. Моя "комната" находилась под скобаминесущейбалки, что выходила из стыка вагона с дирижаблем. Судя по габаритам, в балке вполне мог присутствовать еще какой-то коридор, для удобства доступа к грузу.
Контейнер, с комнаткой внутри, крепился до балки, словно одежда на вешалке. Либо туша скота на крючках холодильной камеры. Эту уж с какой долей пессимизма посмотреть.