— Очень смешно. Готов поспорить, все ржут, когда ты покупаешь барана на сцилладень. Три недели — или, твою мать, пусть будет месяц. Но это все. Будет ли твоя щиколотка в порядке через месяц?
— Не знаю. — Шелк попробовал пошевелить ногой, но, как и раньше, обнаружил, что гипс обездвижил ее. — Не думаю, что это вероятно.
Кровь фыркнул.
— Муск, приведи Журавля.
— В твоем доме всегда есть врач? — спросил Шелк, когда дверь за Мускусом закрылась.
— Пытаюсь, чтобы был. — Кровь отставил бокал в сторону. — В течение года у меня был человек, который работал плохо, потом нейрохирург, но он задержался всего на пару месяцев. После чего я не стал торопиться, внимательно поглядел кругом и нашел Журавля. И он со мной… — Кровь замолчал, вычисляя, — уже почти четыре года. Он, естественно, присматривает за моими людьми здесь и трижды в неделю ездит в город, чтобы осмотреть девочек. Так намного удобнее, и экономит немного денег.
— Я вообще удивляюсь, что такой умелый врач…
— Работает на меня и заботится о моих шлюхах? — Кровь зевнул. — Предположим, тебе нужен доктор, который позаботится о твоей щиколотке, патера. Ты бы заплатил ему?
— Как только бы смог, да.
— То есть никогда, скорее всего. Работая на меня, он получает регулярную зарплату. Он не должен просить милостыню, и, иногда, девочки дают ему чаевые, если у них щедрое настроение.
Мгновением позже в сопровождении Мускуса появился суетливый маленький человек. Не так давно Шелк видел изображение птицы из семейства журавлиных, хотя и не смог вспомнить, где; и он вспомнил изображение сейчас, а вместе с ним — самоиронию Журавля. Крошечный врач напоминал высокую птицу не больше, чем он сам — искрящийся материал, имя которого ему дала мать.
Кровь указал на Шелка:
— Ты починил его. Когда он будет в порядке?
Маленький врач погладил бороду.
— Что вы имеете в виду под выражением «в порядке», сэр? Достаточно в порядке, чтобы ходить без костылей?
Кровь задумался:
— Ну, скажем так, когда он сможет быстро бегать?
— Трудно сказать. Это в большой степени зависит от его наследственности — сомневаюсь, что он знает что-нибудь полезное об этом — и его физического состояния. По меньшей мере он молод, так что все могло быть намного хуже. — Доктор Журавль повернулся к Шелку. — Сядь прямо, молодой человек. Я хочу опять послушать тебя, теперь, когда ты можешь быть поспокойнее.
Он поднял изодранную тунику Шелка, приложил ухо к его груди и постучал по спине. На третьем ударе Шелк почувствовал, как что-то твердое и холодное скользнуло в его пояс, под веревку из конского волоса.
— Надо было принести инструменты. Покашляй, пожалуйста.
Уже сгорая от любопытства, Шелк кашлянул — и был вознагражден еще одним ударом.
— Хорошо. Еще раз, пожалуйста, на этот раз глубже. Попытайся кашлянуть изнутри.
Шелк кашлянул так глубоко, как только смог.
— Замечательно. — Доктор Журавль выпрямился, дав тунике Шелка упасть на место. — Действительно замечательно. Отличная порода, молодой человек, отдадим должное Вайрону. — Тембр его голоса изменился, почти незаметно. — Кто-то наверху любит тебя. — Он шутливо указал на потолок с фигурами богов, где тщательно изображенная Молпа играла в багатель[42] с Фэа. — Мне представляется, что какая-то богиня до смерти влюбилась в тебя.
Шелк откинулся на спинку кресла, хотя твердый предмет за поясом не давал сидеть удобно.
— Если это означает, что я получу меньше времени от вашего нанимателя, едва ли я назову это свидетельством милости, сын мой.
Доктор Журавль улыбнулся:
— В таком случае, возможно нет.
— Сколько? — Кровь со стуком поставил бокал на столик перед собой. — Когда нога будет такой же, какой она была перед тем, как он сломал ее?
— От пяти до семи недель, я бы сказал. Бегать он сможет немного раньше, если будет правильно перевязывать щиколотку. И, конечно, все это предполагает полный покой и постоянное лечение — акустическую стимуляцию сломанной кости и так далее.
Шелк прочистил горло:
— Я не могу позволить себе дорогостоящее лечение, доктор. Я могу только одно — ковылять и молиться, чтобы нога исцелилась.
— Ты не можешь ходить сюда, — зло сказал ему Кровь. — На что ты намекаешь?
— Возможно, сэр, — начал доктор Журавль, — вы могли бы нанять специалиста в городе…
Кровь фыркнул:
— Надо было застрелить его и покончить со всем этим. Клянусь свиньей Фэа, я хочу, чтобы падение убило его. Никаких специалистов! Ты сам будешь осматривать его всякий раз, когда окажешься в той части города. Когда это? Сфингсдень и гиераксдень?
— Да, верно, и как раз завтра сфингсдень. — Доктор Журавль посмотрел на богато украшенные часы, висевшие на противоположной стороне комнаты. — Я уже давно должен спать.
— Итак, ты будешь присматривать за ним, — сказал Кровь. — А теперь убирайся.
— Я искренне сожалею, что причиняю тебе столько неудобств, доктор, — сказал Шелк. — Если бы твой наниматель дал мне немного больше времени, это было бы не нужно.
Журавль, уже у двери, повернулся и, как показалось Шелку, подмигнул.
— Мы договорились, патера, — сказал Кровь. — Заруби себе на носу, поскольку дальше этого я идти не собираюсь. Ты будешь допивать?
