Однако приходилось думать не только об этом. Том появился рядом, взглянул, как идут дела, и тут же снова исчез. Почти в ту же самую секунду из-за сцены, оттуда, где были припаркованы трейлеры, появился ящер: он то ли перепрыгнул, то ли обогнул ограду.
Огромное чудовище нависло над Рхиоу и попыталось схватить ее клыками и когтями. Рхиоу метнулась в сторону и произнесла последнее слово нервно-паралитического заклинания. Напавший на нее динозавр вместе с еще одним, появившимся следом, рухнули на землю.
Рядом с ней яростно шипел Арху, и на дальних подступах к сцене раздавались мерзкие звуки: огромные тела лопались, как пузыри.
– Теперь… так хорошо уже не получается, – выдохнул котенок. – Думаю, что со всеми не справлюсь…
– Оставь на некоторое время это заклинание и попробуй какое-нибудь другое, например, нервно-паралитическое, – посоветовала она Арху.
Рхиоу почувствовала, как Арху быстро порылся в ее памяти, извлекая готовое к употреблению заклинание, как он раньше сделал с Сааш; ощущение было не из приятных. Арху произнес последнее слово…
…И еще один огромный динозавр, проникший за кулисы, упал мертвым. Рядом раздался хлопок выброшенного в стороны воздуха, почти заглушённый воплями перепуганной толпы, и рядом с Рхиоу и Арху появился Урруах.
– Сааш вывела ворота из строя, – сказал он. – Больше твари не лезут…
Арху зашипел на следующего тираннозавра, вскочившего на сцену…
…И ничего не произошло.
Великий певец, все еще стоявший неподвижно и растерянно озиравшийся, как будто не в силах поверить собственным глазам, теперь наконец испугался. Он повернулся и побежал к боковому выходу, но бегать он умел гораздо хуже, чем петь…
Огромная голова полосатого темно-красного с синим тираннозавра словно нырнула в ослепительный свет, заливавший сцену; в маленьких свирепых глазках светилась мерзкая насмешка; чудовищные челюсти распахнулись и схватили беглеца.
Два глотка – и от прославленного тенора ничего не осталось.
Урруах, разделавшись с еще двумя динозаврами, как раз в этот момент обернулся и с горечью выругался.
– Замечательные дела! Придется же нам потрудиться, чтобы наложить заплату на подобную дыру!
По всей Овечьей лужайке раздавались вопли еще остававшихся в живых ящеров. Урруах прошипел последнее слово нервно-паралитического заклинания, которое обрушилось на тираннозавра-убийцу, спрыгнувшего со сцены, прямо в воздухе; огромная туша рухнула на столб с громкоговорителями. Столб покачнулся; из разорванных проводов полетели искры. Треск и шипение смешались с постепенно стихающим ревом испуганной толпы: собравшиеся на концерт эххифы, как один, покидали Овечью лужайку.
Рхиоу, Урруах и Арху вскоре нашли Сааш и все вместе отправились искать Тома. Он оказался в самом центре площадки: вместе с магами, прибывшими с Гранд-Сентрал, Том занимался стабилизацией ситуации и наложением заплаты из благополучного времени, взятого из параллельного мира.
– Теперь это проблема не столько снабжения энергией, сколько логистики, – сказал он устало, оглядывая сотни, а может быть, и тысячи тел ящеров, раскиданных по огромному свободному пространству, и раненых и погибших эххифов. – Нам нужно только иметь здесь достаточно магов, чтобы удержать заплату на месте, пока она не прирастет намертво. На вокзале все уже завершено: ни один поезд никогда с рельсов не сходил, никаких мертвых тел. Но цена… – Том тяжело вздохнул. – Сегодня ночью очень многие добровольно расстались с частью своей жизни. Среди магов много пострадавших: они оказались за пределами заплаты, потому что помогали бороться с нашествием, и остались в том времени.
– Есть погибшие? – очень тихо спросила Рхиоу.
– Четверо, – ответил Том. – Нам еще повезло, что не больше. Теперь нам предстоит сделать так, чтобы их смерть при исполнении долга выглядела случайной. – Кончик хвоста Рхиоу задергался; на лице Тома была написала глубокая боль. – К счастью, при вскрытии следов магии обнаружить нельзя: не останется никаких признаков истинной причины их смерти. Но их семьи… – Том горестно покачал головой.
– А как дела в парке? – спросила Сааш.
