Книга Лунной Ночи полностью

Урруах кинулся на Хаата и обрушил на того свое заклинание. Хаат вонзил в него когти, и Рхиоу почувствовала, как неожиданно заклинание Урруаха рассыпалось на части, а сам он упал, махая лапами, а потом замер, пригвожденный к камню заклинанием Хаата. Рхиоу попыталась понять, что держит Урруаха, сорвать с него оковы… но времени на это не оказалось, она никак не могла нащупать структуру чужой магии.

Хаат склонился над Урруахом, протянул когтистую лапу и ударил – вспорол его тело с такой же легкостью какой эххиф вспорол бы бритвой бумажный пакет.

Внутренности вывалились наружу.

Хаат снова протянул лапу, подцепил одним когтем сердце Урруаха и рванул. Сердце, как на крючке, поднялось в воздух – все еще бьющееся, все еще кровоточащее. Хаат с ухмылкой снял заклинание. Урруах, судорожно дергая лапами, перекатился ближе к Рхиоу, лишь единственный раз застонав. Его глаза начали стекленеть.

Используй заклинание, Рхи, – была его последняя мысль.

Наступила полная тишина. Хаат смотрел на Рхиоу и улыбался.

Рхиоу замерла в неподвижности; ужас и ярость все росли и росли в ней.

Разве не говорила она всем, и в особенности Арху и Ифу: иногда мы не слышим Шепчущей, какой бы громкой ни была подсказка, потому что она говорит нашим собственным голосом, к которому мы чаще всего не прислушиваемся…

Рхиоу сделала глубокий вдох и приступила к наложению заклинания.

Оно не было заклинанием обычного сорта, которое можно держать в готовности и запустить единственным словом: начав его активизировать, приходилось бороться с его собственным яростным желанием раньше времени вырваться на свободу. Заклинание имело вес, и нужно было взвалить его на плечо, высоко поднять, чтобы добраться до нижней стороны, где располагались главные слова. Груз давил на плечи и шею, напряжение, с которым приходилось разглядывать символы, заставляло глаза слезиться, и нужно было еще произнести слова – длинные, многосложные, наполненные значением. Рхиоу боролась с тяжестью заклинания, с его инерцией… первое слово, второе… третье… пятое…

Что-то стиснуло ее горло, не давая говорить.

Задыхаясь, Рхиоу лапами попыталась отбросить удавку – но ничего не нащупала.

Это просто трюк, – подумала она, но горло ее по-прежнему оставалось немым. – Одинокая Сила… Ага, значит, в заклинании все-таки что-то есть…

Она поспешно устремилась в глубь своего разума, в свою мысленную мастерскую, где находилось заклинание, и стала заканчивать его там. Тренированный ум может быстро завершить заклинание, даже если приходится иметь дело с объемной конструкцией. Рхиоу, полная решимости и подгоняемая страхом, действовала так быстро, что даже Одинокая Сила не смогла догнать ее и остановить. Кольцо заклинания ослепительно вспыхнуло. Оно было в той самой готовности к применению, в какой было, когда голос Рхиоу пресекся. Оставалось всего несколько слов, но теперь это были не звуки, а мысли, и времени на них почти не потребовалось. Вот и последнее слово, замыкающее кольцо, выпускающее силу на волю…

Рхиоу произнесла его.

Заклинание вырвалось из нее, как вихрь, оставивший от Рхиоу пустую оболочку. Рхиоу упала на камень, лишившись сил, полумертвая. Так она и лежала, ожидая каких-то событий…

Тишина. Темнота. Ничего не произошло.

Заклинание не сработало, – в полной растерянности подумала Рхиоу и попыталась встать. – Как могло такое случиться? Заклинание работает всегда!

– Но природа магии изменилась, – раздался в ее мозгу мягкий, ленивый, удовлетворенный голос. – Заклинания теперь работают, только если я этого хочу.

Медленно и с трудом Рхиоу села.

Проиграла… проиграла. – Рхиоу опустила голову, но тут раздался голос:

– Нет. Она лжет. Она всегда лжет. Лгала раньше, лжет сейчас.

Рхиоу не сразу узнала голос. Арху?

– Призови их! Они придут. Вспомни, как в парке…

Рхиоу пошатнулась и заморгала, ей никак не удавалось понять, о чем он говорит.

Минутку, минутку… Парк. Оххра… Самка-эххиф, требующая, чтобы Вечные Силы пришли ей на помощь, выполнили ее желание…

И ведь они пришли!

Но приказать Вечным Силам явиться – это же невозможно! Они только посмеются!