– Вот тут внизу есть отверстие, – сказала она Арху. – Залезть в него нелегко, но зато потом уже никаких трудностей не возникнет. Насколько хорошо ты разбираешься во внутреннем строении зданий?
– Я был в одном вчера ночью. И вот сегодня, – пожал плечами котенок.
Рхиоу кивнула. Арху был совсем юным и настолько неопытным, что даже не знал об обычном для кошек уподоблении домов логовам, а в случае многоэтажных зданий – пустому внутри дереву. Рхиоу всегда нравилось такое сравнение: она-то знала, эхом каких деревьев были человеческие строения. Ей иногда случалось слышать, как люди называют город джунглями; это заставляло ее смеяться – тесные улицы городов и в сравнение не шли с настоящими джунглями, древними и полными таинственных опасностей.
– Ну что ж, тебе придется быстро набираться опыта, – сказала она Арху. – Вокзал – одно из самых больших зданий в городе, хотя и не самое высокое. Если положить на бок вон то почти самое высокое здание на острове – да, вон то, с огромной башней и цветными огнями на ее вершине, – и наполовину закопать его в землю, как это сделано с вокзалом, то и тогда Гранд-Сентрал будет больше. В нем сто тысяч помещений, от крыши до самого глубокого логова под улицами, в туннеле, где проходят рельсы. Но сегодня вечером мы начнем сверху. Наш путь лежит под крышей, по балкам потолка. Ты говорил, что шел по главному залу… Ты видел высоко над собой голубизну, похожую на голубизну неба?
Арху отошел подальше от края крыши, к которому приблизились остальные кошки, и, подумав, ответил:
– Да. На нем еще горели огни. Они укреплены в углублениях…
Глаза его казались странно расширенными.
– Ты это заметил? – Еще один повод для удивления. – Молодец. Ну, сейчас мы пойдем по костям строения, ты увидишь: все это сделано людьми. Иди сюда и посмотри вниз – видишь дырку?
Дырку он видел; Рхиоу заметила, как он испуганно облизнул нос и сглотнул.
– Ничего. В первый раз я тоже боялась. На самом деле все легче, чем кажется. Нужно просто спуститься чуть-чуть – вон там из стены выступает кирпич. Наклонись вниз, дотянись правой передней лапой до опоры, резко изогнись и протиснись в дырку. Урруах!
– Вот так! – Урруах проскользнул между ними и одним движением нырнул через край крыши и исчез в темноте. Арху следил за тем, как он небрежно оперся о кирпич и протиснулся в маленькую квадратную дырку.
– Теперь ты, – сказала Рхиоу Арху. – Я за тобой пригляжу, ты не упадешь, обещаю.
Арху вытаращил на нее глаза.
– Как ты можешь быть в этом уверена?
Рхиоу ничего не ответила, только посмотрела на котенка. Рано или поздно доверие между членами команды магов подвергается испытанию – и чем раньше, тем лучше. Заверения в том, что товарищам можно доверять, обычно не помогают: стоит начать доказывать свою надежность, и ни на что другое просто не останется времени: доказывать придется постоянно.
Ничего не говоря вслух, Рхиоу мысленно приказала воздуху образовать «ступеньку» под выступающим кирпичом, назвав нужную ей площадь твердой опоры, – просто на всякий случай. Арху отвел глаза, потом медленно и осторожно начал придвигаться к краю карниза, лег на живот, вытянул переднюю лапу и стал нащупывать выступ.
Он нашел опору, покачнулся – Рхиоу затаила дыхание, готовая сказать слово, которое превратило бы воздух под кирпичом в твердь, – но сумел удержаться, изогнулся и не то протиснулся, не то упал в дырку. Послышалось царапанье, потом глухой удар.
Рхиоу и Сааш переглянулись, но, к счастью, не услышали смеха Урруаха. Потом обе кошки последовали за Арху.
Проникнув в отверстие, они увидели Арху, сидящего на необструганных досках пола галереи, тянущейся вокруг здания между крышей и потолком и предназначенной для технического персонала – людей. Арху старательно умывался, приводя в порядок расстроенные нервы. Вдоль стены, выходящей на Лексингтон-авеню, примерно в шести футах от крыши тянулся ряд узких горизонтальных окон, слабо подсвеченных снизу желто-оранжевым светом уличных фонарей. Ниже окон располагались толстые железные балки-стропила, поддерживающие крышу.
Кошки не нуждались в таком удобстве, как галерея. Урруах уже двинулся напрямик по балке-стропилу; золотистый свет, проникающий через окна, придал его серебристо-серому меху непривычный оттенок мармелада.
Арху закончил ххейх и окинул взглядом гигантский чердак.
– Видишь те доски ниже балок? – сказала ему Рхиоу. – С другой стороны на них нарисовано небо. Много лет назад художник-эххиф расписал потолок так, чтобы было похоже на летнее небо над морем в далекой стране. Роспись, впрочем, теперь скрыта: когда несколько лет назад здание вокзала обновляли, ее заклеили другим покрытием, просверлили новые отверстия для ламп и вообще все сделали заново.
