Книга Лунной Ночи полностью

– Какая тут высота? – тихо спросил он.

Рхиоу в первый раз услышала от него слова, которые бы не звучали сердито или хвастливо.

– Примерно пять десятков длин кошки вместе с хвостом. Никому не захочется упасть с такой высоты. – Рхиоу тоже стала смотреть вдаль, следя за тем, как зажегся зеленый сигнал светофора, и машины рванулись с места на пересечении Вандербилт-авеню и Сорок второй. Неожиданно у нее возникло опасение… – Арху, ты ведь не боишься высоты?

Котенок отрицательно взмахнул хвостом, не отводя глаз от лежащей перед ним пропасти.

– Боюсь только взбираться, – ответил он еле слышно.

– Думаю, чем скорее мы научим тебя ходить по воздуху, тем лучше, – сказала Рхиоу. – Завтра и начнем.

Арху вытаращил на нее глаза.

– Вы и это умеете? Я хочу сказать, и я смогу?..

– Да.

Они еще немного посидели на крыше. Потом Сааш, ступая со своей обычной грацией и ловкостью, подошла к Рхиоу и через ее плечо глянула на темные изящные силуэты скульптур, вырисовывающиеся на фоне оранжевого света фонарей.

– Отсюда их можно лучше рассмотреть, чем с улицы, – сказала она Арху, – хотя под этим углом видны не все детали.

– Что это?

– Не «что», а «кто», – поправила Сааш. – Человеческие боги.

– Что такое бог?

Рхиоу, Сааш и Урруах переглянулись.

– Ну и ну, – мысленно сказал Урруах, – похоже, с этим несмышленышем придется начинать с самых азов. Остается только надеяться, что он не проживет достаточно долго, чтобы оставить потомство, иначе, на мой взгляд, следующее поколение окажется вовсе безнадежным.

– Очень могущественные существа, – ответила Арху Сааш, бросив на Урруаха укоризненный взгляд. – Братцы и сестрицы Шепчущей; все они – дети Первой: по крайней мере мы так думаем. Каждый вид имеет собственных богов, даже эххифы.

Арху фыркнул и, прищурившись, оглядел высеченные из камня фигуры.

– Один из них выглядит так, словно вот-вот заснет.

– Не один, а одна, – поправила Рхиоу.

– А как ты узнала?

Урруах уже открыл рот, чтобы ответить, но Рхиоу его опередила:

– Это я тебе объясню как-нибудь в другой раз. Это самка, а вот те двое – самцы.

– А что у одного из них на голове?

– Такая штука, которую носят эххифы, – сказала Сааш. – Называется «шьяпа». Только не спрашивай меня, почему на ней крылышки.

– Они что-то символизируют, – пояснила Рхиоу. – Все эти скульптуры олицетворение чего-то. Тот, что в шапке с крылышками, кажется, бог-посланник, сонная женщина держит в руках книгу – так эххифы передают друг другу знания. Второй самец, должно быть, имеет какое-то отношение к поездам: видишь, у него колесо.[21]

– Тут наверняка есть что-то еще, – сказал Урруах. – Кто-то из участвовавших в строительстве, видимо, знал, что здесь будет, – помимо места для прибытия и отправления поездов. Не может быть просто совпадением, что в середине стоит Повелитель Птиц – птицы ведь всегда были символом быстрого перемещения, особенно нетелесных путешествий; к тому же он держит палку, вокруг которой обвились Мудрые, – это же эмблема того, что находится внизу, на Нижней Стороне, под корнями ворот между мирами. У самки в руках Руководство… В строительной команде обязательно должен был быть кто-то из магов.

– Можешь как-нибудь заняться исследованием этой темы, – сказала Рхиоу. – Но что при строительстве, даже на чисто физическом уровне, использовалась магия, сомневаться не приходится: вокзал ведь никогда не закрывался, даже в разгар строительных работ. Восемь сотен поездов прибывали и отправлялись каждый день; некоторые из них, конечно, опаздывали, но ни один не был отменен. Не прекращались и другие передвижения… Кстати, раз уж я о них вспомнила, пора нам заняться делом. Времени у нас остается немного.

Рхиоу не спеша двинулась по карнизу крыши.

– Все отсюда выглядит очень живописно, – как бы между прочим заметила она, – но завтра мы воспользуемся нижней дорогой, хорошо?

– Твоим голосом мурлычет сама Прародительница, о наша уважаемая начальница, – сказал Урруах, следуя за ней на почтительном расстоянии. Рхиоу вслух ничего не ответила, только дернула ухом в его сторону.

– Когда-нибудь я вымещу на твоей шкуре зло за подобную болтовню, о красноречивый ты наш, – мысленно сказала она. – Не следует подавать малышу идеи, не следует высмеивать его невежество. Не его вина, что никакого образования он не получил, а наша работа в том и заключается, чтобы обучить его всему, чему нужно.

– Не спорю: работенка нам предстоит немалая, – распушил усы Урруах.

Рхиоу продолжала двигаться к краю крыши.