Дорин демонстративно направилась к выходу из бара, попутно доставая телефон. Через несколько минут она вернулась, поджав губы.
– Знаешь, Адам сказал, что собирался вернуть мне кольцо. Он использовал его как залог для кредита.
– Интересное заявление, – протянула Чарли тоном, явно означающим прямо противоположное.
Дорин вздохнула.
– Я поговорила с братом. Он сказал, что не может получить доступ к твоему счету, потому что он не работает.
– Ты, наверное, шутишь, – возмутилась Чарли. – Что это значит?
– Брат не знает. – Дорин выглядела искренне обеспокоенной, и исключительно поэтому Чарли не стала обвинять ее в том, что она все выдумала. – Возможно, он поступил из другого отдела, который не выставляет счета через офис брата. Или твой аккаунт заблокирован. Но брат пытался помочь.
Чарли вдруг ощутила мощную вспышку гнева, в основном на себя саму, и убрала руку от кольца. Уже не в первый раз ей пришло в голову, что, если бы она была хотя бы наполовину заинтересована в получении денег от своих мошеннических схем, как и в самих схемах, финансы ее были бы в куда лучшем состоянии.
Дорин колебалась.
– И что теперь?
– Забирай давай, – рявкнула Чарли. – К черту тебя. И меня тоже. Вообще все к черту!
– Да что с тобой такое? – Дорин сделала широкий жест рукой, показывая, что «Синие руины» – не самое приятное место для вечернего препровождения.
– Я праздную то, что не замужем, – пояснила уже изрядно накачавшаяся спиртным Чарли.
Дорин горько рассмеялась.
– Ты только посмотри на себя! Любовь поставила тебя на колени. Заставила страдать, как и всех остальных.
– Давай-ка выпьем, – предложила Чарли, поднимая пластиковый стаканчик. – За страдания.
– Мне пора возвращаться на работу, – сказала Дорин с отвращением. – У меня есть обязанности. И у тебя, полагаю, тоже, так что перестань хлестать виски, а то совсем память отшибет. Кстати, если ты в самом деле ограбила ломбард, не вздумай свалить вину на меня, когда за тобой явится полиция.
– Если повезет, я выпью столько виски, что забуду об этом нашем разговоре. – Чарли залпом опрокинула в себя очередной «Мэйкерс». – Принеси мне бутылку, Кайл.
– Знаешь, – через плечо бросила Дорин, находящаяся на полпути к выходу, – видела я однажды твоего парня и сразу поняла, что он тебе изменит. Мужчины, которые так выглядят…
– Никто его не знал, – прорычала в ответ Чарли.
– Кроме тебя? – фыркнула в ответ Дорин, но Чарли лишь головой покачала.
– Никто. Его не существовало. Никогда.
Разочарованно вздохнув и пробормотав что-то о том, что пьяниц не поймешь, Дорин ушла.
– Ты ведь на самом деле не грабила ломбард, правда? – уточнил Кайл, выставляя перед ней бутылку «Мэйкерс».
Она одарила его улыбкой, больше похожей на оскал:
– Определенно нет.
– Ты действительно хочешь купить целую бутылку? – уточнил он.
– Определенно хочу.
Чарли сама налила себе виски, представляя, что находится в одном из тех модных мест, где спиртное именно так и подают, – вот только модным бар «Синие руины» определенно не был.
Не имело значения, что она не могла себе позволить подобный заказ. Будущее ее вполне определенно: она снова будет работать на сумеречников. И заплатит за учебу Поузи, как с самого начала и следовало поступить. От друзей придется отказаться. Раз уж решила разрушить свой привычный мир, нужно держать всех, кто ей дорог, на расстоянии.
К черту все.
Чарли просидела в баре весь вечер: возилась с музыкальным автоматом в углу, угостилась пиццей, которую заказали два пожилых изрядно поддатых завсегдатая, потом потанцевала с одним из них под старую песню восьмидесятых. Перед глазами у нее все плыло. А посетителей между тем прибавилось. Чарли помнила, как сидела на унитазе в дамской комнате, снова и снова втыкая в кожу булавку, которую нашла в сумке. Помнила, как упала на пол и осталась лежать, а Кайл говорил что-то о том, что не должен был обслуживать ее, раз она не в состоянии устоять на ногах, что вызвало у нее приступ неудержимого веселья. Она хохотала и никак не могла успокоиться.
Его услуги ей вовсе ни к чему, у нее своя бутылка.
Когда Чарли кое-как вскарабкалась обратно на табурет, держась за край барной стойки, чтобы не упасть, в дверях «Синих руин» появился ее бывший босс из «Цилиндра» с тремя приятелями.
– Так-так, – сказал он, окинув ее взглядом. – Посмотрите-ка, кто тут у нас.
– Ричи, ты, как всегда, болтаешь банальные вещи, – протянула в ответ Чарли, стараясь говорить так, чтобы не было заметно, как сильно у нее заплетается язык.
Это был дядька чуть за пятьдесят, с редеющими на макушке волосами и хищными глазами. Он владел собственностью по всей Долине, включая два бара и три ресторана. Когда он уволил ее, то предполагал, что ее никуда больше не возьмут на работу, и воспринял как личное оскорбление тот факт, что она все же сумела устроиться.
– А ты теперь, как я слышал, в «Экстазе» обретаешься.
– Угу… – В Долине, казалось, все друг друга знали, но от осознания того, насколько это соответствует истине, Чарли стало не по себе.
Ричи изобразил взмах кнута и игриво подергал бровями.
– Людей связываешь? И сама получаешь от этого удовольствие?
